Добиться аудиенции у Коула Гаррисона оказалось гораздо проще, чем завладеть его вниманием, — Глория поняла это сразу же, как только была допущена в святая святых, потрясающее обилием хромированных предметов и стекла, серебристо-серых ковров и бордовой замшевой обивки.
Вот уже десять минут она сидела перед Коулом Гаррисоном, убеждая его провести пресс-конференцию, в то время как он подписывал бумаги, отдавал распоряжения секретарю, звонил по телефону, а главным образом — игнорировал посетительницу.
Внезапно он окинул ее пристальным взглядом.
— Вы что-то говорили? — произнес он резким голосом человека, привыкшего приказывать, — Я… — Глория осеклась под этим холодным, оценивающим взглядом, но тут же ринулась в бой. — Я пыталась объяснить, что эта пресс-конференция будет не просто полезна, а жизненно необходима. Присоединение компании Кушманов пресса уже представляла как кровопролитие. Проигравшие вопили, что игра велась нечестно, прежде чем она успела закончиться…
— Я сыграл так, чтобы победить. Они проиграли.
Остальное не важно.
Глория взглянула ему в глаза, а затем решила проверить, надежно ли ее новое место работы;
— Согласно заявлениям ваших противников и большинства экспертов Уолл-стрит, вы, сэр, играете чересчур грубо и не берете пленных. Журналисты изображают вас кровожадным хищником, которому больше нравится убивать добычу, нежели пожирать ее.
— Чрезвычайно красочное сравнение, мисс Куигли, — издевательски заметил Коул.
— Это факт, — возразила Глория, вздрогнув от его язвительного тона.
— Нет, — не сдался он, — вот вам факт: компания «Кушман электроникс» была основана гением шестьдесят лет назад, но его наследники с каждым поколением становились все ленивее и глупее. Эти отпрыски — которые составили совет директоров — родились богатыми, учились в лучших школах и, несмотря на то что давно пустили компанию и вклады акционеров псу под хвост, по-прежнему были убеждены в собственном превосходстве и не видели, что происходит. Они до последней минуты верили, что в дело вмешается какой-нибудь закадычный школьный приятель, предоставив им очередную инъекцию капитала, который они смогут промотать либо на себя, либо на борьбу при следующих попытках присоединения.
Но вместо этого они проиграли мне — новичку в бизнесе, выскочке неизвестного происхождения, — и это кажется им унизительным, это оскорбляет их чувства. Вот почему они вопят о нечестной игре. Мы с ними общались вовсе не на званом вечере, где царят ритуалы этикета, — мы вели сражение.
