Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Камила изменилась и Дамиан стал другим, но ловил каждое ее слово и движение.

«Убери ноги» — проворчал парень, когда они уже сидели в машине. Стоило ему выехать на дорогу, как Камила положила ноги на переднюю панель.

«Я сняла шлепки. Ничего не поцарапаю».

Дело было не в машине. В этой позе были слишком хорошо видны ее ноги, а девушка, будто издеваясь, еще и короткие шорты надела. И… Оказывается она очень гибкая.

Дамиан на светофоре взял ее за шиворот и, будто провинившегося котенка приподнял, после чего усадил ровно.

«Я дважды повторять не буду».

«Господи, какой же ты злюкой стал» — Камила буркнула, а Дамиан мысленно выругался. Уже теперь чувствовал, что легко не будет, ведь чего только стоил этот случай. Сама не понимая этого, Камила слишком сильно дразнила его.

Позже он купил ей вафли и по просьбе девушки долго возил ее по городу. Она ела сладости и смотрела в окно. Наблюдала за тем, как изменился Мадрид за время ее отсутствия.

Они разговаривали и Камила раз за разом называла его Тадео.

В принципе, парню было плевать на имена, но Тадео это имя, которое ему дал Уго Агилар. Дамиан — имя данное его биологической матерью. Оно имело отношение к Той семье и сам парень этого не признавал, но с годами он все сильнее становился именно Дамианом.

Только ближе к вечеру они приехали домой, но вместо того, чтобы зайти в особняк, разместились в беседке и опять много разговаривали.

Дамиан ловил себя на мысли, что ему хотелось большего. Взять ее за руку и потянуть на себя.

Усадить на колени и поцеловать в шею. Он вообще много чего хотел сделать, но так отчетливо ощущал, что Камила в нем парня не видела.

Интересно, что было бы, если бы он еще в детстве поступил иначе? Если бы он ушел к своему биологическому отцу и между Камилой и Дамианом не было этого проклятого «Брат и сестра». Что было бы, если бы она сразу посмотрела на него, как на парня? Какими были бы ее мысли? Он бы ей понравился?

Немного позже в той злосчастной поездке Дамиан сорвался и поцеловал ее.

Проклятье, это был самый лучший поцелуй в его жизни, но, видя, как девушка сжалась и начала тереть губы, будто Дамиан был прокаженным… Это было как выстрел в голову. Изувечилось сознание и рассыпались мысли.

Дамиан смотрел на то, как она продолжала тереть губы и ощущал себя так, будто ему сердце вырвали из груди и вонзили в него несколько ножей. Проворачивали. Резали. Уродовали.  

Это делала сама Камила.

Она была его спокойствием.