Помнишь, ты сказал, что я никто?..

Ну а вся детвора тут же потянулась за Аданом. Его окружили и смотрели на мальчишку сияющими взглядами, ведь знали, что уже после приезда Адана обязательно будет весело и интересно. Он всегда был как взрыв и ураган событий. Поэтому его слушались и за ним по пятам следовали. Иногда мне казалось, что стоило бы ему сказать всем этим детям выпрыгнуть из окна второго этажа, они бы и это сделали.  

Уже вскоре все ребята развлекались во дворе здания, в котором проходило это мероприятие, а меня к ним все так же не пускали, ведь на просьбы отпустить меня поиграть с остальными детьми, уже не только мама, но уже теперь и папа, при чем он еще более жестко, говорили, что мне нельзя, поскольку там наследник семьи Монтеро.

Я беспрекословно верила родителям, тем более, они говорили так твердо и уверенно, из-за чего уже даже и не думала подходить к Адану, но не могла с собой ничего поделать и все равно постоянно наблюдала за ним со стороны. Чтобы я не делала, но мне все равно хотелось смотреть на него.

Вот и в этот раз я тихонько вышла на крыльцо и села там на стул около пустующего столика. Все так же была одета в очень нежное платье белоснежного цвета и обута в красивые босоножки, но все равно ловила себя на мысли, что была готова пожертвовать своим внешним видом, чтобы все же присоединиться к остальной детворе.

В какой-то момент я упустила Адана из вида и чуть не подпрыгнула на месте, когда он внезапно сел за столик около меня. В ладони держал стакан из которого пил воду и, после того, как закончил, посмотрел на меня, спросил:

«Почему ты сидишь тут? Присоединяйся к нам».

Клянусь, в этот момент я потеряла дар речи, ведь для меня Адан являлся неприкосновенным и таким далеким, но вот он находился от меня на расстоянии вытянутой руки. Поэтому, я тут же покраснела, мгновенно становясь чуть ли не пунцовой и, пытаясь хоть что-то сказать, так и не могла ничего из себя выдавить хоть и раз за разом размыкала губы. Лишь спустя несколько бесконечно долгих секунд я выпалила:

После чего спрыгнула со стула и убежала прочь.

Но все же он тогда сел около меня, хотя рядом находились еще столики. И, плюс, я была единственной, кого он сам пригласил присоединиться к ним. С остальными было так — кто из детей хотел, тот и шел во двор.