Сегодняшний день начнется рано.
Этот недомужик заметил мой интерес и теперь пытается на нем спекулировать. Не понял, видать, кому вызов бросил.
По дороге в больницу останавливаюсь и беру себе крепкий кофе, чтобы окончательно проснуться. Злость заставляет давить на газ, а любая замедленная реакция может стать фатальной.
Поднимаюсь на нужный этаж, не стучась открываю дверь палаты. Переступаю порог, но к нему не двигаюсь. Меня явно не ждали. Глаза утырка размером с блюдце. Он глубже вжимается в кровать.
— Выйдем, поговорим? — мужики проснулись, переглядываются, но в разговор не лезут.
— А что?.. О чем? — я молчу.
Прожигаю его взглядом, вынуждаю подняться. Нехотя, но подчиняется. Я направляюсь к запасному выходу. Тут курилка у врачей, в прошлый мой приезд общался здесь с его лечащим.
— Объясни мне, глядя в глаза, причину твоего звонка? — я заметил, что дверь он не прикрыл. — Я обещал тебя спонсировать? Единственное, на что ты мог рассчитывать — билет до Москвы! Еще раз спрошу: какого хрена ты мне позвонил? Что молчишь? Говори! — повышаю голос.
— В долг хотел попросить, за это разве спрашивают? — изображает непонимание.
— Я спрошу. Ты кого шантажируешь? — подхожу и захлопываю дверь, а потом припечатываю его к закрытой створке.
Я тебя в порошок сотру, резким движением отдираю его лопатки и бью затылком о дверь. Громко кричать сломанная челюсть не позволяет, но перекошенное от боли лицо и глухой стон свидетельствуют о том, что я двигаюсь в нужном направлении. Он ведь остается в сознании.
— Еще раз ты посмеешь набрать мне или Раде, это будет твой последний день на Земле, — я сдвигаю руку ему на горло и сжимаю, чтобы до него дошло.
— Лучше тебе сделать все возможное, чтобы наши пути не пересеклись, — он понимает, что это не пустые угрозы. — Деньги тебе придется самому зарабатывать на жизнь.
— Я тебя понял.
— Вот и отлично. Долечиваться ты будешь в Москве. Прямо сейчас ты соберешь свои вещи, и я отвезу тебя на вокзал, — сегодня вечером мне уезжать, не хочу, чтобы этот утырок находился в одном городе с Радой.
"
"— Отпусти, — пытается вырваться.
— Последнее, что скажу: Ванькой ты не интересуешься. Хочу честно предупредить, что собираюсь стать ему отцом. Твоего сына я воспитаю. Ты все равно никакого участия в его жизни не принимаешь.
— Может, потому что он не мой сын?..
* * *Егор
— Не твой? — резко задаю вопрос.
— Возможно, — пожимает плечами. — Есть такие подозрения, что Иван не мой сын, — отводит взгляд, что убеждает меня в его вранье.
