Бор-р-рис знает тайну. Мир-р-рия в беде. Палач р-р-рука смер-р-рти. Яр-р-ркий свет в гор-р-роде, – ответил ворон и как ни в чем не бывало начал чистить перья в крыле.
– Ты про пресветлую? – Вновь Мирия посмотрела на меня. Я повернулся к ней и ударил рукой по столу. – Все! Меня это достало. Или ты говоришь, в чем дело, или рассчитывай только на себя! – гаркнул я на ведьму, которая под таким натиском уронила чашку с чаем и закрыла лицо руками, будто я бить ее собираюсь.
– Она видит чары, она знает, что я делала… – навзрыд начала девушка и залилась слезами, потихоньку сползая вдоль печи на пол.
– А много успела? – я повернулся и взял косу от стены. Мирия вздрогнула от этого жеста.
– Не очень много. Но принц под заклятием…
– ТВОЮ ЖЕ МАТЬ!!! – взорвался я и резко вскочил со стула. – МИРИЯ! Ты когда своей головой думать начнешь?!! Или мне рассказывать вовремя!!! – Все, девушка достигла точки нервного напряжения и просто кулем упала на пол, раскинув руки. Зашибись."
"Я отнес бедную ведьму в спальню и оставил там отдыхать.
Надо думать, что делать дальше. Если пресветлая ощущает чары, то на венчании она раскусит брак принца на раз, а там и до расправы недолго. А главное – сколько у нас времени? И кто, собственно, возлюбленная принца? Покидать дом нельзя, возьмут ее еще горяченькой да в беспамятстве. Значит, мне надо информацию сюда. Я посмотрел на ворона.
– Борис, найди монаха Рона. Пусть придет ко мне. Если откажется – лети к шаману.
– Ты мне не нр-р-равишься! – гаркнул ворон, приседая. – Бор-р-рис сообщит! – закончил он и вылетел в окно.
Хоть какая-то от него польза.
Монах пришел спустя час, хмурый как туча. Ну, это ненадолго, у меня его любимые шашлыки уже подоспели, да и лук я по дороге домой купил свежий. Я ожидал Рона в беседке, так и не поговорив с Мирией про ее деятельность. Монах подошел и помахал рукой.
– Можно в следующий раз не вызывать меня этой проклятой птицей? Я вообще-то на молитве был, – сказал Рон, присаживаясь.
– Молился о казненных?
– П-ф-ф-ф, – совсем по-лошадиному фыркнул монах.
– Вот еще. Кстати, о казненных. Ты чего это крутизной своей размахивал? Смерти в угоду или сам наслаждался деянием? Ух-х-х, моя бы воля, я бы тебя под суд отдал, исчадие тьмы…
– Да к своей кухне цепью приковал, – закончил я фразу монаха. – Ты мне лучше скажи, как там дела у пресветлой? Чем занимается, видалась ли с принцем?
Монах немного прищурился.
– А что за интерес такой? Боишься чего? Порождение Смерти.
– Да, работать не очень хочется.
