Вот и узнаю, много от нее хлопот будет?
– На твою долю, наверно, не выпадет. Поймали почти три десятка колдунов да новоиспеченных ведьм. Зельями баловались да народ травили, – немного издеваясь, заговорил монах. Ясно, в чей огород камень. В огород Мирии, конечно, не в мой же.
– И что грозит этим демонам? – уточнил я.
– Вот люблю я, когда ты признаешь истину. Да по сути ничего, посидят в темнице или на каторгу поедут, рудники у нас в рабочих руках очень нуждаются.
– Понятно. А ты чего такой злой? Бери шпажку, не надо стесняться.
– Вот-вот, теперь вижу, что ты на пути к свету, а то казни, каторги. Сразу надо гостя встречать как положено, – обрадовался монах и сразу схватил мясо, лук, хлеб и глинтвейн. – А касательно заключенных, я же понимаю, что они все не со зла делали, обложим штрафом тех, кто жен своих да мужей спаивал злым отваром, да и выпустим. А тех, кто славы искал да чрезмерного внимания – на каторгу. Это же честно?
– Конечно, святой враг, конечно. Ты у нас самый умный и добрый, – похвалил я монаха, и мы чокнулись кружками.
– Значит, к нам никаких претензий?
– Пока никаких, но ты же знаешь, мы все под богом ходим. Как решит пресветлая, так и будет. Но пока она занята, встреча у нее с невестой принца.
– Ясно. Ты меня, если что, в курсе держи. А то вдруг надо будет головы рубить, а я не трезвый.
– Да ты как женился, вообще невеселый стал. И злой. Раньше гуляли как люди, а теперь… – монах махнул рукой. – Ладно, чего там…
Мы просидели еще полчаса, и монах ушел. Я вернулся домой и нашел Мирию у окна.
Смотрела за нами? Я подошел к ней и обнял со спины.
– Рассказывай, что случилось…
Утром я не стал дожидаться завтрака, а сразу помчался в город. Нужно собирать новости и сплетни, благо болтливых и осведомленных я знаю очень много. Новости не утешали. Как поговаривали сведущие люди – после разговора с пресветлой невеста нашего принца отправилась в храм, причем под стражей. Это плохо, мало ли что она там наговорит. Я побежал домой, но, к своему ужасу, не обнаружил жены дома.
Быстро переодевшись в свою рабочую форму и схватив косу, я выбежал во двор. Ворон не подвел, прилетел, когда был нужен.
– Где она? – спросил я Бориса и выставил руку для его посадки. Ворон приземлился.
– Бор-р-рис знает тайну. Бор-р-рис знает, где Мир-р-рия. Она пр-р-рячется в доме р-рыболова. Бор-р-рис любит р-р-рыбку, – начал клянчить ворон.
Рассусоливать с птицей не было ни времени, ни желания, поэтому я и побежал в нужном направлении.
