Хоть на косу не напоролся. Жизнь – дерьмо, а раз такие мысли пришли, значит, скоро утро. Дикий приземлялся рядом, довольно тихо. Он что, вор-домушник? Или профессионал?
Между нами и главным корпусом храма была небольшая полоса деревьев, похоже, яблони. Все в пользу. Пригнувшись, мы пробежались к деревянному палисаднику и выглянули из буйного розового кустарника. Храм был перед нами самой голой стеной, которую только можно придумать. Ни одного окна, ни одной двери на всю высоту. Тяжело вздыхаем, что еще делать, бежим в обход.
Удача улыбается нам, и мы оказываемся напротив двери, откуда почти сразу вышли пять монахов. Все спокойные, сонные. Делаем вывод – нас не ждут. Да и кто бы нас ждал? Мы же не камикадзе.
Дверь открылась довольно легко, внутри было жарко, я бы сказал – неприятно душно. Коридор был едва подсвечен и уходил глубоко в здание, практически не имея ответвлений. Я кивнул Дикому, наши дороги расходятся. А потом свернул в ближайшую дверь. Кухня!!! Я как раз голодный, вот же совпало. Однако радость прошла быстро.
Монахи ели мало и невкусно. Поэтому я поживился только сыром и разбавленным вином. Вопрос хлеба насущного отложен до обеда. Я вернулся к двери, а она неожиданно открылась…
Резким, но аккуратным движением я сместился от двери и нырнул под стол, не ахти какое укрытие, но лучше пока нет. В комнату вошли… Ого! Две девушки довольно проституточного вида, а за ними толстый человек в коричневых штанах и белой рубахе с жирными пятнами. Девушки смеялись, когда этот толстяк подталкивал их под попы.
– Ну что? Кто хочет сделать мне хорошо? – пропитым голосом заговорил толстый.
– А тебе готовить не надо? – смеясь, спросила одна из девок.
– Успею… – ответил толстый и погнал девушек к столу.
– За Рона! – крикнул я и выскочил из-за стола. Взмахнул косой и снял голову нерадивого повара.
Разрез был точный, а эффект великолепный. Толстяк даже не пискнул, сделал два шага назад и натолкнулся на печь. Тут-то голова его и оторвалась по инерции и упала в чан с кипящей бурдой.
Теперь у монахов будет мясной бульон, с мозговой косточкой. Ну что, брат Рон – ты отомщен. Я перевел взгляды на девушек, что замерли в немом ужасе. Приложил палец к губам. Обе кивнули. Нервы у местных людей меня поражают. Сделал шаг к двери, выглянул наружу. Никого. Вот и отлично.
Выскочив в коридор, я прошел буквально метров пять, как над головой стал звенеть колокол. Звон был до ужаса неприятный, голова сразу заболела. Раннее утро. Отлично, провозился всю ночь.
