Попаданец - лучшее

Задержавшись в Нижнем, чтобы набрать гостинцев, Медведевская сотня так же неспешно двинулась в обратный путь, прицепив за собой обоз торговцев с телегами и пару карет с путешествующими дворянами. Купцы и группка молодых дворян ехали из Нижнего с ярмарки, а боярин Лаптев спешил по казенной надобности в Горск.

За длинной дорогой Савва просвещал Горыню, для чего вообще созданы были Перуновы сотни. По словам тысяцкого, в каждом уездном городе стояла своя сотня, насчитывавшая от полусотни до двух сотен воинов, исполнявших в мирное время роль внутренних войск, а в военное – разведки и спецназа.

Больше всего воинов было в Москве, где квартировали три полка, общим числом более пяти тысяч человек. А всего по Руси Перунова войска было больше двадцати тысяч.

Особые сотни, приписанные к Разбойному приказу, в основном патрулировали города вместе с городскими охранителями и занимались отловом бандитов. Также воины особых сотен были приписаны к Тайному приказу – контрразведке, и приказу Посольских дел, ведущему дела с другими государствами.

Каждая сотня имела свое название, в основном по родовому тотему князя или месту, где квартировала. Таким образом, воины Медведевской сотни звались «медведями», Стародубской – «кречетами», Владимирской – «рысями» и так далее. Все сотни в случае войны собирались в один или несколько ударных отрядов, на плечи которых ложились самые сложные и особо опасные операции.

Особо отличившиеся воины Медведевской сотни носили на плаще вышитую золотом оскаленную медвежью голову, просто отличившиеся – серебряную, а остальные воины – медный знак на груди с той же ощеренной пастью.

Но кроме аналога внутренних войск в этой реальности существовала и регулярная армия, сформированная не по дружинному а по полковому и дивизионному принципу. Общая численность армии была около пятисот тысяч, включая Перуново войско и Особые сотни, что при огромной площади империи было совсем немного. Но на случай войны существовал и общий призыв, когда армия могла вырасти до пяти миллионов, что последний раз случилось во времена нашествия Наполеона I.

Горыня ехал в передовом дозоре, когда почуял тонкий, едва уловимый запах крови. По привычке поднял кулак, призывая товарищей к вниманию, и лишь через секунду подумал, что его могут не понять. К счастью, воины, ехавшие рядом, мгновенно догадались, что что-то не так, и в руках их появились короткие ружья с толстыми стволами, дававшие на близкой дистанции чудовищное облако картечи из посеребренной рубленой стали.