Попаданец - лучшее

– Сподручнее отсюда, – произнес он коротко и, не обращая внимание на пули, свистевшие вокруг, и привстав над ограждением верхней площадки, всадил новый снаряд в самую гущу врагов. Пятьдесят граммов взрывчатки в литой чугунной оболочке посекли десяток всадников, а когда со второго этажа залпом ударили картечницы, толпу перед башней просто смяло в кровавую кашу.

Чуть дальше, но близко к врагам ударили пушки центральной крепости, и осколки, рубанувшие по задним, исчерпали наступательный порыв врагов. Они попытались отойти, бросив своих умирающих и раненых, но в тыл им неожиданно ударила тяжелая сотня всадников, отсекая от возможности побега.

Даже лошади, закрытые кольчужной попоной, рвали врагов зубами, оставляя тяжелейшие раны, а уж ратники в тяжелых латах, вообще, не щадили никого, пройдясь по полю боя словно мясорубка.

– Добро мы их посекли. – Дубыня дернул рукоятью затвора, и толстая гильза звонко запрыгала по камням. – Упырей, конечно, не было, но и так славно вышло. Даже за редуты не дошли басурманы клятые.

Огненного припаса-то сколько сжег?

– С тысячу примерно. – Горыня посмотрел на болтающийся хвостик последней, пятой, ленты. – Уже думаю, не мало ли привез припаса.

– А сколько взял-то?

– Сначала купил пять тысяч, потом еще десять и после докупил еще десять тысяч. Двадцать пять всего. Но с такой скоростью, боюсь, и пятьдесят тысяч мало будет.

– Ништо. – Дубыня легонько стукнул Горыню по плечу, отчего тот вздрогнул всем телом. – Надо будет, зашлем в Ростов людей, да привезут тебе хоть воз.

А лучше всего так сделай-ка ты еще парочку таких же быстрострелов.

– Что? – удивился богатырь.

– Я говорю, штука эта называется пулемет.

– Пулемет так пулемет, – согласился Дубыня. – Так что, сделаешь?

– Сделаю. – Горыня кивнул. – Только не здесь. Тут ни станков, ни металла нужного. А как домой приедем, так сделаю сколько надо. Хоть десяток, хоть два. Только вот патронов он жрет… Ну, огненного припаса.

– То не беда, коли пуль много по врагу уходит.

 – Дубыня махнул рукой. – Беда, когда в рукопашную придется идти. Так бывало намашешься, что едва на ногах стоишь, да кровушкой уделаешься так, что не отмыться.

С грохотом откинув люк в полу, на башню вбежал Савва и с ходу обнял Горыню так, что у того затрещали ребра под доспехом.

– Ну, удружил, десятник. Сколько живу, такого ни разу не видывал. Чуть не пять тыщ басурманов положили, и почитай без потерь.

– Нешто не зацепили никого? – Дубыня покачал головой.