Внизу живота все наливается теплом и сладко пульсирует. Я настолько завожусь от вида Ивэласа, что начинаю стонать вместе с ним.
Но, наверное, для того, чтобы его освободить, мне нужно получить разрядку, поэтому я снова целую живот, грудь, шею, подбородок, впиваюсь в такие желанные губы, вновь трусь о его тело своим телом. Я дрожу от желания, но медлю. Однако Ив не хочет медлить, он двигает бедрами подо мной, стараясь поймать момент, и ему это удается."
"Ощущения от соединения невероятные. Мы в унисон стонем, ловим общий ритм, двигаемся резко и быстро.
Мне безумно хочется почувствовать руки Ива на своих бедрах. И когда его горячие ладони ложатся на мои ягодицы, чуть сжимают, я уже ничего не соображаю. На секунду приходит осознание, что у нас все получилось, но все мысли выбивает из головы очередное совместное движение. Я схожу с ума от его вида, от его стонов, от безумного желания…
Наконец, вздрагиваю, замираю, ловя пик блаженства, и чувствую как подо мной судорожно и рвано двигается Ив.
Кажется, я немного не дождалась его. Так хорошо. Я сползаю немного в сторону, чтобы не придавить моего дроу и мгновенно отключаюсь.
*****
Ивэлас лежал на столе. Минуту назад он сорвал с глаз надоевшую повязку и смотрел в потолок. Пока зрение не вернулось полностью, поэтому картинка перед глазами время от времени расплывалась, но Ив прекрасно помнил каждую трещинку этого потолка. Он тут часто лежал, когда его наказывали. Сначала просто без еды и воды, а потом…
Дроу поморщился.
Воспоминания о жизни с Гамаисой не были приятными, но то, что он на этом же месте чувствовал с Элли – просто не идет ни в какое сравнение. В его теле еще не растворились остатки недавнего удовольствия, и оно однозначно намекало на повторение. И сам Ивэлас хотел еще раз, а может и не раз, но ужасно боялся.
Боялся смотреть на Элли в теле ненавистной Гамаисы. Он сорвал повязку с глаз, потому что решил увидеть её сейчас, когда она спит, и справиться с первой своей негативной реакцией, чтобы потом демонстрировать нейтральные чувства.
В его сознании не совмещались образы Элии и его бывшей жены, но реакция на внешность Гамаисы была всегда только одна – отвращение. А Ивэлас не хотел показывать отвращение своей спасительнице. Дважды спасительнице.
Он плохо владел своим телом и лицом. В клане матери ему не приходилось скрывать чувства. Его положение в обществе позволяло вольности. Дальний родственник главы клана, даже имя рода другое.
