Попаданка и ее айдолы (двухтомник)

Зачем обманывать серьезных мальчиков в их ожиданиях? Особенно когда такая нахальная откровенность позволяет им хоть ненадолго опустить бронированные щиты и стать собой. Настоящим. — А то бы понял мой выбор.

— Значит, ты и правда решила сама стать главой семьи и содержать любовника? Как это сейчас говорят… для здоровья? — Нам как раз принесли десерт, и, к моему удивлению, оба шоколадных мусса оказались перед Вейшенгом. Он даже сгрузил их в одну тарелку, отдавая лишнюю.

— Хм… интересная мысль. — Я кивнула. — Подумаю.

— Что ж, удачи. Посмотрим, когда сломаефся, — удивительно спокойно отреагировал У и, слегка морщась, начал аккуратно уничтожать десерт.

— В смысле? — Я даже не собиралась играть в угадайку. Проще сразу все выяснить.

— Женщины всегда ломаются. Год, два, пять. Сначала строят из себя всемогущих, кичатся своей самостоятельностью, а потом страдают и желают скинуть с себя всю ответственность.

— Э-э-э-э… — задумчиво протянула я, вспоминая свою прежнюю жизнь.

— Мед?! При чем тут мед?! — не понял теперь Вейшенг.

— Так. Тут надо начать издалека. В частности, с Винни-Пуха! — Я потерла руки и взялась за щипцы для омара. — Но мы ведь никуда не торопимся, верно? И не заказать ли нам к омарам чего покрепче вместо этой фирменной кислятины?

Кончилось тем, что мы с моим все еще настойчивым кандидатом в женихи нахрюкались, как два Пятачка. А как еще можно было вскрыть все болезненные темы ответственности и усталости? От которой, вообще-то, одинаково страдают и мужчины, и женщины.

Это миф, фикция и самый главный обман последних двух веков. Потому что именно тогда придумали «романтическую любовь» и прочие сопутствующие глупости. А до этого все знали, что брак есть экономический союз двух семей или двух людей, заключаемый ради выживания. И никто ни с кого никакого груза в этом браке не снимет.

Где-то к ночи в ресторан заявился злющий Рю, на сообщения которого я последний час отвечала странными смайликами, если вообще отвечала. Но что поделать, они меня так смешили! Я показывала их Вейшенгу, и иногда этими самыми смайликами за меня отвечал он.

Сначала Рю грозно сопел и скрежетал зубами, стоя над двумя в зюзю пьяными придурками.