Гирлянды шариков тёплого огненного света разложены в стеклянных бокалах и полусферах на столе. Они чем-то напоминают свечи.
Рядом со столом не просто мешок – там орехи насыпаны в огромный ящик. В некоторых игровых комнатах именно столько выделяется на сухие бассейны. Вот и это похоже на сухой бассейн, причём орехи там всякие: и размера грецкого, и с кокос, и мелочовка.
– Ы-ы… – Антоний разжимает лапы и, растолкав нас, подпрыгивает.
Большое рыжее тело с треском и грохотом опускается на «бассейн» с орехами, и Антоний, радостно пища, зарывается в них.
– Одного гостя я порадовал, – Санаду улыбается едва заметно, с какой-то хитринкой, и снова подставляет мне локоть. – Надеюсь, и гостье угожу.
– Зачем? – от удивления даже моргаю.
А Санаду задирает бровь:
– Может, вы мне нравитесь, порадовать хочу.
– А, ну, если может нравлюсь, то да, – хмыкаю я, – это хорошее объяснение.
Правда, немного непонятное в свете писем Маре, но, может, Санаду себя виноватым чувствует за изначальный неласковый приём, вот и компенсирует.
Санаду повторяет трюк со второй бровью, но я поворачиваюсь к торчащему из орехов огромному рыжему хвосту и улыбаюсь этому умилительному зрелищу.
Папка с контрольными, повинуясь небрежному жесту Санаду, уплывает на софу в углу, а сам он галантно подводит меня к одному из стульев и помогает сесть.
Когда Санаду устраивается напротив, двери в столовую распахиваются, и трое слуг в тёмно-зелёных со светло-зелёным растительным орнаментом ливреях вносят накрытые серебряными колпаками блюда.
Кажется, кто-то собирается меня закормить.
***
Этой ночью Санаду не спится. Но не потому, что Мара не отвечает (хотя пора!), а из-за Клео.
Он лежит на своей постели, подсунув ладони под затылок, смотрит в потолок, освещённый отсветами фонарей.
Вспоминает.
Думает.
В аудитории ему показалось, что его вид Клео впечатлил.
Ну, менталисток в подавляющем большинстве точно впечатлил, они оценили и его преображение, и редкую для него демонстрацию атрибутов власти – перстень правителя кантона.
Большая часть группы, включая парней, правильно оценили причину и цель его преображения.
Только сама цель…
И ужин: да, они мило болтали и смеялись, да, громадная белка добавляла пикантности происходящему и вносила толику юмора вознёй с орехами. Но знаки внимания… Санаду и хочет думать, что Клео их просто не заметила, но больше похоже на то, что она игнорирует его попытки заигрывать.
