Жаль, с такого ракурса лица не все видны, но это я уже не к месту придираюсь.
– Ваше императорское высочество, – обращается слуга к Нишаль.
Ну да, хоть мы и обе принцессы, но она выше по статусу, она дочь императора, а я всего лишь жена принца. Но в то же время она до замужества в этом статусе и останется, и уж точно не прыгнет выше, а я однажды могу подняться до императрицы. Хотя… Крошечный шанс у Нишаль есть. Даже два призрачных шанса. Во-первых, стать значимой политической фигурой, сконцентрировать в своих руках влияние и захватить власть.
Во-вторых, если наследников по мужской линии не останется, её, чтобы подчеркнуть преемственность, могут сделать императрицей при императоре из нового правящего рода, но вряд ли надолго, убьют и заменят более полезной кандидаткой.
– Да? – царственно оборачивается Нишаль.
Слугу её царственность впечатляет настолько, что он склоняется ниже и отвечает безупречно почтительно:"
"– Ваше высочество, если вы пожелаете уйти раньше, я буду ждать внизу, чтобы проводить вас.
– Я запомню, – кивает она.
Слуга ещё раз кланяется, теперь уже сначала ей, потом мне, и уходит. Мы остаёмся с Нишаль вдвоём.
В зале под нами распахиваются двери, входят чиновники и расходятся по своим местам.
Император прибывает в зал ровно в полдень.
Я скорее по наитию, чем сознательно встаю, и только потом меня догоняет мысль, что сидеть, пока император лишь идёт к трону, недопустимо – за нами с Нишаль вполне могут наблюдать.
Могу я сесть, после того, как император занимает трон? Вроде бы да, но…
Нишаль «ловит» ситуацию гораздо лучше меня, что понятно, она в этих традициях с детства:
– Садись, – приглашающе указывает она на диван.
– Спасибо, ваше высочество.
Мы устраиваемся со всем удобством, она и вовсе с ногами забирается, я же поджимаю под себя одну ногу, тоже поза совсем не элегантная, зато удобная.
Внимательнее осмотрев зал, я, наконец, замечаю Тенера. Он занял место у тронного возвышения, но в стороне, снова прикидывается каменным истуканом. И не только.
Ещё и отстранился от происходящего, будто ещё не вернул себе положение наследного принца. Странно, но ему виднее, как себя вести. Если слухи всё же не расползлись, и лорд Ливей, и генерал надёжны, если сейчас Тенер прикрывает глаза, чтобы скрыть сияние…
– Ваше императорское величество, – вперёд выходит лорд Ливей. – Я прошу вас разобраться. Я обвиняю род Ройзет в государственной измене.
Хм? Не сам император, не Тенер, а министр юстиции обвиняет? В принципе логично.
