Нишаль закатывает глаза.
Про заговорщиков… не забывают, нет. Чиновникам они больше неинтересны, род Ройзет покидает политическую арену. А вот Тенер не просто вернулся, но и стал ещё сильнее, ещё влиятельнее. Чиновники спешат поздравить его лично, заверяют в своей преданности. Изменщиков уводят мужчины в военной форме. Гвардейцы, наверное.
– Пойдём вниз? – уточняет Нишаль.
– Суд окончен, – объявляет император и жестом показывает, что чиновники могут расходиться. – Ваше высочество, задержитесь и расскажите, каким вы видите дальнейший ход расследования.
– Пойдём, – соглашаюсь я.
Нечего Тенера наедине с императором оставлять, а пятилетней принцессе простительно вломиться без приглашения.
Я бросаю на императора последний взгляд сверху, отворачиваюсь и спускаюсь за ускакавшей Нишаль.
– Ваше высочество! – окликаю я.
Куда она так резво? Возможно, ей не стоит попадаться императору на глаза. Я не знаю, как он относится к дочери, а вот то, что она по крови связана с родом Ройзет – факт.
Я не успеваю её остановить.
Да и не очень-то и стараюсь, пусть учится думать своей головой.
Нишаль врывается в зал:
– Ваше императорское величество! – радостно подпрыгивает она и добавляет. – Ваше высочество.
Разговор моментально прекращается.
Император смотрит на дочь с удивлением:
– Принцесса? Ты не заскучала наверху? Я думал, ты уже сбежала к своим куклам.
– Нет, ваше величество, мне было интересно. А цензор, он тоже… изменщик?
– Да. Почему ты спрашиваешь?
– Ваше императорское величество, я просто подумала, что у, – она запинается, произнося своё имя в третьем лице, – Нишаль есть сестра.
Раз боги были против свадьбы сына цензора и Нишаль, было бы здорово отдать за него её сестру, правда, Нишаль? – оборачивается она ко мне, мелкая интриганка.
– Да, ваше высочество. Ваше императорское величество, речь о моей сестре Тиане, незаконнорожденной дочери дяди.
– Вот как? Раз обе принцессы беспокоятся о судьбе девушки, мы издадим указ и обяжем Калана Дара принять её обещание и незамедлительно отпраздновать свадьбу.
– Спасибо, ваше императорское величество, – радуется начинающая пакостница.
Я кланяюсь:
– Ваше императорское величество, мы с мужем не будем мешать вашему общению с дочерью, – я подкрепляю фразу лёгкой вспышкой синевы в глазах.
Император не пытается нас задержать. С явным неодобрением, но всё же он кивает. Тенер за себя и за меня говорит полагающиеся по этикету слова прощания, подхватывает меня под руку, и вместе мы покидаем зал.
