Приняла бы я приглашение, ставшее спасением, или предпочла задохнуться и забыть жизнь, вернуться беспамятным младенцем? Мигает красный тревожный свет, гудит сирена, капитан объявляет, что системы лайнера восстановлению не подлежат, а с тем запасом воздуха, что остался, спасатели просто не успеют прийти. Кто-то предлагает сократить число пассажиров, ведь меньшему количеству людей воздуха может хватить.
Перед глазами проносится моя вторая жизнь, моё первое перерождение в Системе. Я попала в мир, о котором я читала, чтобы скоротать время полёта.
Незатейливый роман о приключениях сиротки, поступившей в академию магии. Благодаря знанию сюжета, я смогла избежать опасности, поджидавшие главную героиню. Училась я не слишком усердно, ходила в середнячках, наслаждалась жизнью, путешествовала на каникулах, завела друзей и даже влюбилась. Сейчас я вряд ли вспомню его имя, а вот веснушчатое лицо перед глазами. Он экстерном сдал экзамены, выпустился на два месяца раньше меня и удрал в экспедицию, не дожидаясь.
Порой я думаю, если бы он не уехал тогда, всё бы сложилось иначе, но винить надо себя за то, что плохо училась. Сегодня я получила диплом, а завтра – вызов на дуэль. Юна, её имя я почему-то помню, не простила, что он предпочёл меня. Во сне я снова на арене. Юна ломает мой слабенький щит одним ударом, и приходит боль. Всё тело объято молниями, я горю заживо, наконец, теряю сознание.
Вторая жизнь оказывается короче предыдущей, каких-то жалких пять лет.
"
"Третья жизнь… Очнувшись, я долго приходила в себя, постоянно видела в кошмарах арену, раз за разом переживала свою первую настоящую смерть. Я погрузилась в учёбу с головой. Если бы я не филонила, а отрабатывала приёмы до автоматизма, Юна не сорвала бы мой щит так легко. Я становлюсь единственной девушкой на факультете боевой магии, занимаюсь как одержимая, за первый же месяц выбиваюсь в десятку лучших на факультете и постепенно завоёвываю уважение, хотя и не стремилась.
Через год после выпуска меня ждёт участие в войне в звании младшего офицера. Ненавижу эту часть проклятого сна особенно… Мелькают лица погибающих друзей, пятеро погибли в первый же месяц, и до конца войны ещё семеро. Так много… Джери, зачем он тогда меня закрыл собой, спас? Он ведь не верил в реинкарнацию, считал, что живём один раз. Перед глазами проносятся лица погибших врагов.
