А я представляю, что будет, если мисс Клэренс права, и Арендар всегда теперь станет вести себя, как здесь: таскать, как куклу, никого ко мне не подпускать… Бегать за мной по всей академии, если увидит рядом с парнем. А занятия по боевой магии? Позволит ли рисковать своей «собственностью» и подставлять под удары?
А если вдобавок к этому всему у Арендара появится жена?
Это же будет ужас!
– Огнад, – мисс Клэренс постукивает по своему браслету. – У меня студент с травмой, нужна твоя консультация. Срочно.
ХЛОП! В центре палаты возникает высокий миловидный мужчина с увенчанным черепом посохом.
У черепа хвостик из ниток бусин и медных черепков.
Огнад окидывает разрушения весёлым васильковым взглядом, приветливо кивает мне и направляется к мисс Клэеренс, целует ей руку.
– Как всегда прелестны, моя дорогая.
Пока она смущённо краснеет, Огнад склоняется над почерневшей ногой Геринха, пристально осматривает, принюхивается. От напряжения я крепче стискиваю шёрстку моего зверька.
– Хм, хм, – Огнад позвякивает над повреждённой ногой посохом с бусинами, глаза черепа-навершия вспыхивают алым, затем изумрудным и голубым.
– Дело серьёзное. – Огнад перехватывает руку только вернувшейся к прежнему цвету мисс Клэренс и снова целует. – Молодец, что сразу вызвала меня. Пока займись его ранами и кровью, а это беру на себя.
Он отступает на несколько шагов и стукает посохом об пол. Чёрный дым окутывает череп и Огнада, расширяется, а когда истаивает, вместо миловидного мужчины стоит нечто громадное в чёрном балахоне и капюшоне, под которым не лицо, а осклабившийся череп с горящими голубыми глазами.
Существо склоняется над ногой Геринха, касается её костлявыми пальцами, и на металлических когтях пощёлкивают разряды тока. Голос существа похож на завывание:
– Клэр, сообщи ректору, что у нас тут имеет место применение запрещённого проклятия.
Мисс Клэренс отступает и касается браслета:
– Господин Эзалон, с Геринхом проблема: профессор Огнад идентифицировал применённое на него заклятие как запрещённое… А… – она моргает.
– Хорошо, мы подождём.
Подвывая и стеная, Огнад трясёт над ногой Геринха посохом, медные черепа звенят, точно колокольчики, их глазницы наполняются голубым светом. Взлетая, мечась на нитках с бусинами, светящиеся глазницы черепов оставляют в воздухе светящиеся росчерки, и те складываются в замысловатые символы, образуют над Геринхом полупрозрачные печати.
В палате резко холодеет. Существо в моих руках трясётся.
