Арен обегает меня, забавно перебирая лапами и подёргивая хвостом.
– Лер-ра-ур-р, – пока он влюблённо смотрит в глаза, хвост пробегается по моему животу. – Ур-р-р."
"– Арен, ну не при всех же брачные игры устраивать, – почему-то хочется хихикать.
– У-у, – он недовольно потопывает по выпуклостям земли, сплющивая и без того изрядно помятую траву.
Я в разрушениях тоже немного участвовала, так что присоединяюсь к уборке. Балансируя на четырёх лапах, подёргивая крыльями и хвостом, помогаю ему притопать дёрн, но газон по-прежнему выглядит, как после стихийного бедствия.
– Садовники поправят, – Арен накрывает меня крылом.
Уютно и нежно, так спокойно, сладко. Хорошо идти, касаясь друг друга боками, дыша в унисон…
Дворец выглядит, как кукольный дом или архитектурный макет, в окнах мелькают ошарашенные лица. Обойдя его, останавливаемся возле нашей башни. Маленькой такой башни. Надо же, я, наконец, считаю её своей тоже. Сегодня караульных возле дверей нет.
Меня накрывает паника: вдруг превратиться в человека не смогу?
Арен подпрыгивает, плотнее обнимает крылом:
– Что случилось, Лера?
– Вдруг я не смогу уменьшиться? Как мы жить-то будем?
– Весело!
Гневно взглядываю на Арена, и он начинает объяснять:
– На самом деле всё просто: закрой глаза, мысленно активируй источник магии и представь, как уменьшаешься до человеческой формы.
Можно наоборот – представить и активировать. – Он снимает с моей головы Пушинку. – Это естественно, как дышать, у тебя обязательно получится.
Его спокойствие и уверенность передаются мне.
Закрыв глаза, осознаю своё громадное драконье тело, сердце, бьющееся в унисон сердцу Арена, наше совпадающее дыхание, огромный источник магии, соединённый с его источником и, кажется, со всей вселенной.
Как Эёран и Нарак – парные миры…
Ассоциация, их образ вспышкой проносятся в голове. Я вспоминаю о человеческом теле, и этот образ от прикосновения к источнику становится ближе, сменяет драконью ипостась, только сам источник магии остаётся прежним – выходящим за пределы маленького человеческого тела.
– Вот видишь, всё получилось, – сжимая мою ладонь в своей, Арен улыбается.
В другой его руке, под мышкой, висит Пушинка. Минислоник снова больше похож на домашнюю зверюшку.
Пушинка вздыхает. Бедняжка, трудно, наверное, быть разумной, когда тебя всерьёз не воспринимают. И здорово, что она теперь может со мной говорить.
Поцеловав мою ладонь, Арен ласково предлагает:
– Переоденемся и пообедаем со всеми, надо обсудить новое положение дел.
