Было там и оружие, и металлическая утварь, и мешок разноцветных бус, заставивший меня рассмеяться. СакрКруш смерил меня мрачным взглядом, обещавшем тысячу кар на мою глупую голову, я руками поспешила закрыть свой глупый рот.
Наконец, когда сделка была заключена, торговцы со своими маленькими караванами всего по несколько верблюдов в каждом начали собирать лагерь и готовиться к отъезду. Орки тоже принялись крепить тюки с купленным добром на верблюдов.
– Господин, ну, купите меня! – мотался между людьми Халмир, уже умоляя.
– Прошу, господин! Господин, не бросайте! Я хорошо послужу вам! – но все торговцы и их люди лишь отмахивались от него небрежно и уводили своих верблюдов прочь.
А следом за ними и орки расселись по верблюдам. Если люди держали свой путь на восток, то орки поворачивали на запад. Насколько я понимаю, мы вновь возвращались к реке.
– Но что же мне делать? – растерянный Халмир подошел к СакрКрушу.
Фыркнув, тот сунул в руки Халмиру тряпку с отпечатком его ладони – его контракт:
– Что хочешь, то и делай.
Ты свободен. Иди куда глаза глядят.
– Но как же?!
Рыкнув, СакрКруш отнял обратно договор и бросил его в не затушенный костер, оставшийся от людей. Халмир удивленно ахнул, глядя, как язычки пламени заплясали на ткани. А тем временем орк небрежным движением разорвал его ошейник и бросил туда же.
– Ты свободен.
– Но я ведь не выживу в этом оазисе! Тут ничего нет, никакой еды! Люди еще нескоро приедут сюда, не так ли?
– Радуйся: хоть умрешь свободным, – блеснул золотым кольцом на клыке орк и заскочил на своего верблюда – в отличии от людей, рост и сила орков позволял садиться на крупных животных, как на лошадей, не заставляя их ложиться на песок.
– Свобода превыше всего! – бросил напоследок СакрКруш и поехал к голове колонны.
Я все смотрела на Халмира, не зная, что делать. Меня вновь посадили на верблюда, которого я уже давно привыкла считать своим. Он медленно пошел следом за своими собратьями, выстраивающимися в цепочку, а я все оглядывалась и оглядывалась на одинокого старика в крошечном оазисе.
Не выдержав, я наклонилась вниз, ухватившись покрепче за седло, протянула старику руку:
– Халмир, сюда! – позвала я его, слов он не понимал, но жест был слишком говорящим.
– Ты с ума сошла! – ахнул он, впрочем, подбегая.
Противный верблюд наших команд не слушался, следуя только приказам орков, поэтому остановить его я была не в силах, но Халмир понял намек и, не желая умирать в одиночестве, побежал рядом, пытаясь запрыгнуть в седло.
