Попаданка за штурвалом

Сработанный отряд силён не столько мастерством каждого бойца, сколько единством, когда маги единой атакой отрабатывают по цели.

Я с искренним сожалением навожу клинок на шатёр.

— Странно, что они не пытаются защищаться, — замечаю я.

— Культисты, — презрительно цедит капитан.

Я с ним не согласен.

Как показал опыт, культисты идут не на смерть в нашем понимании, а на перерождение. Командир парусника, нанося удар, был абсолютно уверен, что Сиян возродит его душу. И она возродила.

Вполне возможно, что она возрождает всех погибших членов культа…

Но может ли она даровать третий шанс?

Капитан начинает обратный отсчёт, нарастает багряно-алое свечение, в воздухе от растущего напряжения начинает потрескивать.

Шатёр проваливается сквозь землю раньше, чем маги успевают нанести удар.

На поверхности не остаётся ничего, а на том месте, где стоял шатёр, зияет дыра.

Ужасно, но я испытываю необъяснимое злорадное удовлетворение.

Я первым подхожу к дыре. Пробито насквозь, образовался этакий хрупкий колодец, через который, если посмотреть вниз, видна Бездна. И уходящая вниз летающая платформа на парусных пузырях.

— Их корзинки болтаются в нашем воздушном пространстве, и до сих пор их никто не замечал?

Выглядит так, будто Альянс покрывает культистов…

— Осторожнее, господин.

Край ожидаемо начинает осыпаться. Капитан прав — стоит поберечься.

— Отступаем, — командую я. — Двое остаются наблюдать.

При подобных обвалах действия строго по протоколу — наблюдатели отслеживают, не начнут ли расползаться трещины, при необходимости поднимут тревогу. Стражи сейчас перейдут в режим повышенной готовности на случай объявления эвакуации…

Край обваливается на глазах. Остров лишается приличного куска суши. Новый край проходит там, где был колодец. А ещё вместе с куском суши вниз падает лампа, и мы погружаемся в кромешную тьму, пока капитан не подвешивает пару светлячков, чтобы осветить пространство.

Не думаю, что дойдёт до эвакуации, трещин нет. Повреждения выглядят “безобидно”, если так можно выразиться.

Делать на краю больше нечего.

Я отворачиваюсь, сажусь на коня, морщусь — мне в любом случае придётся вернуться в храм. Во-первых, я должен сообщить и о платформах, и о демонах, поднимающихся выше эманаций Бездны. Во-вторых, я должен сообщить, что видел Джен.