Попал - не пропал. Книга 2 [СИ]

Ничуть не меньше интересовали их и артефакты из Проклятых Земель, а вот мои упоминания о зельеварении и алхимии повергали их в ступор. Оказывается, как таковые эти магические дисциплины тут совсем не развиты и считаются чем-то вроде детских забав. Нет, в этом Мире есть и зельевары и алхимики, но максимум на что способны их «творения», так это чуть-чуть ускорить естественную регенерацию, предохранить железо от ржи, замедлить или, наоборот, ускорить рост волос, очистить металлическое изделие от окислов и грязи.

Травники и травницы могут обезболить зуб, залечить, чуть быстрее чем естественным путем, мелкие порезы и царапины, облегчить роды и все такое прочее по мелочам. Когда же я упомянул, что есть определенные зелья, с помощью которых можно увеличить Источник, если повезет, то в разы, их чуть-ли Кондратий от вспыхнувших эмоций не хватил. А об изменении физических свойств металлов они вообще не знали и не догадывались, даже не поверили мне сперва. Да, не верили ровно до того момента, пока я не порезал меч одного из охранников, используя свой кинжал, в тонкую лапшу.

В общем, наше путешествие, а главное, наше общение, протекало вполне себе плодотворно, что для меня, что для моих спутников.

Где-то на десятый день нашего путешествия дорога стала куда более оживленной, начали попадаться небольшие деревеньки и даже городки, а в местах стоянок теперь были не просто подготовленные площадки, а небольшие харчевни и трактиры и чем дальше, тем более просторные и чистые. Вот в одном из таких трактиров, дня за три до окончания путешествия, произошёл один неприятный инцидент, который показал мне, что «не всё так ладно в Королевстве Датском», а всякие дворянские заморочки существуют и здесь.

Если опустить подробности, то мы чуть не стали свидетелями самого банального убийства, в самом лучшем случае, а в худшем… группового изнасилования с «особым цинизмом», а я, в силу своего характера и воспитания, стал тем самым убийцей, которого называют «спасителем». В общем, если коротко, то в трактире, где мы остановились, оказалось довольно многолюдно, но из всей толпы выделялись две компании — одна довольно многочисленная, наглая и шумная, а вторая, состоящая всего из трех разумных, одним из которых был если и не старик, то очень пожилой мужчина. Количество шрамов на мускулистых руках, один, пересекающий лицо и вследствие этого отсутствие одного глаза, говорят о не самом спокойном прошлом и уж точно, о бурной молодости.