Попал-не пропал

 — Рус, если ты все же передумаешь идти в искатели, то я мог бы замолвить словечко перед капитаном нашей когорты. Поверь, хотя у наемников прибыль не идет ни в какое сравнение с доходами искателей, зато живут они много дольше и имеют неплохие шансы дожить до старости, обзавестись своим домом, трактиром или какой лавкой, иметь семью, детей и даже внуков. Искатели же, по большей своей части всего этого лишены и внешние признаки всеобщего уважения, а может быть, даже преклонения не стоят напрасно истраченной жизни.

Вспомни своих родителей, ведь они сгинули будучи еще достаточно молодыми и уже никогда ты не услышишь их голос, а они не смогут тебя обнять, не смогут понянчить твоих детей — своих внуков. И это судьба всех искателей, исключений тут не бывает. Рано или поздно все они не возвращаются из очередного Поиска, а если и возвращаются, то… лучше бы не вернулись…

— Я услышал тебя, Стил, но, боюсь, что другого пути у меня нет. Ты многого обо мне не знаешь. Спасибо тебе, и прощай.

— Прощай, Рус.

Хотя, я надеюсь, что мы еще не раз встретимся. — странно это все как-то. Такое ощущение, что и мэтр, и Стил пытаются отговорить меня от этого похода в Гильдию, хотя еще утром их слова были совсем иные и в них не проскальзывало даже намека на сожаление, да и мэтр сам предложил пойти мне в Гильдию, а Стил только поддерживал меня в этом решении.

Гильдия Искателей оказалась совсем рядом с магической Гильдией, мы прошли всего каких-то метров двести, как уперлись в каменную стену в которой, словно провал, зияла узкая калитка.

— Это старейшее здание в городе. Считается, что именно от него он и пошел. По крайней мере, когда сюда пришли первые люди, оно тут уже было. Никто не знает, кто и когда его построил. Тебе туда, Рус. Извини, но пойти с тобой дальше я не могу — только искатели или те, кто решил ими стать могут пройти через этот вход, остальные, тем кому нужны услуги искателей, идут через другой. Удачи тебе. — ну, туда, так туда, никакого пиетета перед этим узким проходом я не испытываю, хотя мандраж есть, не отрицаю.

Делаю пару шагов вперед и слышу, как где-то раздаётся несколько ударов колокола.

Я шел по узкому проходу считал шаги. Двадцать четыре шага, это больше двадцати метров. Я даже представить не могу кому и зачем потребовались стены такой толщины. Проход привел меня в круглый зал-колодец, со всех сторон его окружали мрачные каменные стены, зато сверху проплывали облака и грело солнышко.