Попала, или Жена для тирана

Нас разделяла стена из туго сплетённых между собой зелёных веток. Густой кустарник с редкими вкраплениями похожих на звёздочки цветков не позволял увидеть сладкую парочку, зато мне были прекрасно слышны их голоса. Каждая короткая, рублёная фраза, брошенная тираном. Быстрые шаги маркизы, не оставлявшей попыток нагнать его величество.

— Ещё совсем недавно ты находил для меня и время, и ласковые слова. А сейчас… Что вдруг изменилось? Да ещё и так неожиданно…

— Я женился, — мрачно бросил Редфрит, а я мысленно выругалась, почувствовав, как сердце в груди после его ответа забилось быстрее.

— Ты говорил, что после женитьбы всё будет как прежде. Обещал, что мы всё равно будем вместе, — не сдавалась Алана.

Вот ведь упрямая. Как будто не понимает, что единственное, что способна вызвать в мужчине назойливая девица, — это раздражение.

Так и случилось. Теперь в голосе Галеано звучала не только сталь, но и злость, которую он даже не пытался скрыть. Видимо, моя фрейлина уже не раз бросалась на штурм его величества.

Тоже мне, завоевательница и покорительница.

— Я ошибался. У меня не осталось к тебе чувств, Алана, и твои попытки добиться моего внимания ничего не изменят. Уверен, ты быстро найдёшь мне замену. Ты красивая, интересная женщина, у которой нет отбоя от кавалеров. Возле тебя постоянно кто-нибудь вертится, так осчастливь же какого-нибудь графа или барона. А у меня действительно нет времени.

Ответом Галеано был громкий, прерывистый вздох, за которым последовал придушенный всхлип.

По-видимому, маркиза решила пустить в ход тяжёлую артиллерию — слезами разжалобить бывшего покровителя. И ведь знает его даже лучше, чем я, а так до сих пор и не поняла: Редфрит и жалость несовместимы. Сломать крылья накаи, принести в жертву накшерра — на такое способен только жестокий, беспощадный мужчина.

— Ты в неё влюбился, да? Признайся же! — истерично вскрикнула отвергнутая фаворитка.

Редфрит остановился. Я не видела его, но готова была поклясться, что он совсем близко. Если бы не живая преграда, достаточно было бы протянуть руку, чтобы его коснуться.

Какой-то части меня вопреки всем доводам рассудка хотелось услышать его «да». Но он молчал, и сейчас я как никогда жалела, что не вижу выражение его лица.

Проклятые ветки, демоновы листья.

— После всего, что между нами было, я имею право знать правду, — захлёбываясь словами, продолжала Алана. — Говорят, ты проводишь с ней все ночи. Постоянно то ужинаешь, то завтракаешь со своей королевой.