Но ведь землями герцогства приходится управлять, и, насколько я успела узнать, Даркнайт делает это сам.
Чёрный камзол был застёгнут на все пуговицы. Я подкралась достаточно близко, чтобы видеть его сосредоточенное лицо. Герцог Блэк закончил писать, поставил завершающий росчерк, уверенным жестом присыпал чернила песком и отложил в сторону. Поднял голову. Наши взгляды встретились. Его губы скривились в недоброй усмешке. Я нахмурилась, уже тогда понимая: зачем бы он ни позвал меня, повод был явно не из приятных.
— Доброе утро, — сказала тихо и провела пальчиками по краешку столешницы.
— Мэрион, моя дорогая жена.
Даркнайт встал из-за стола и принялся неспешно его обходить, сверля меня взглядом. Я нервно облизнула губы, сцепила ладони перед собой и выжидающе на него уставилась. А что ещё мне оставалось? Герцог обошёл стол и остановился на расстоянии метра:
— Моя верная и преданная жена.
Мне показалось, или это прозвучало с издёвкой? Его пристальный взгляд прожигал насквозь. Меня словно физически накрывало его присутствием.
Мысли путались. Рвано выдохнула, когда мужчина шагнул вплотную. Его левая рука стальной хваткой сжала мой затылок, а правая легла на талию и грубо дёрнула к себе. Я упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь отклониться назад, чувствуя, как в ужасе распахнулись глаза. Что за… возможно, со стороны это смотрится, как жаркие объятия, но я-то вижу, что в его глазах лёд и тьма! Да и прикосновения совсем не ласковые.
Губы герцога Блэка сомкнулись в прямую линию, ноздри раздувались от напряжения.
От страха я забыла дышать, лишь смотрела, как его лицо приближается. Одуряющий запах вечернего леса после грозы окутывал, притупляя защитный инстинкт.
Губы Даркнайта замерли в сантиметре от моих.
Чёрт, что он делает со мной? Колени подгибались, теряя устойчивость. Я перестала пытаться оттолкнуть его, скользнула ладонями вверх к плечам, пытаясь найти в них опору и не рухнуть на пол:
— Ты помнишь нашу свадьбу, Мэрион? — хрипло проговорил Даркнайт.
— Да, да, я помню, — прошептала, прикрывая глаза.
— Перед лицом Светлого Бога мы принесли друг другу клятвы, — его ладонь пришла в движение, скользя вверх по талии, к основанию груди, стянутой корсажем.
— Да, — отвечать что-либо уже не было сил. Я таяла, словно мороженое в знойный день.
— Ты клялась чтить своего супруга и господина и быть ему верной женой.
Губы Даркнайта практически касались моих. Боже, ну что ещё? Поцелуй меня уже!
— Да, я помню, — прошептала едва слышно, прижимаясь к нему всем телом.
