Порочная клятва

Он вдавливает в меня свой огромный член, и я благодарна за дополнительную влажность, которая помогает ему плавно скользить внутрь. Полностью устроившись, Вик на секунду хватает меня за бедра, его челюсть напрягается, пока он пытается успокоиться. Затем Вик поднимает меня, меняя наше положение так, что я наполовину оказываюсь у него на коленях.

Я цепляюсь за него дрожащими руками, измученная марафоном секса и оргазмов. Но он прижимает меня к себе, не давая упасть, и когда приподнимает бедра, я чувствую, насколько глубоко под таким углом он способен проникнуть в меня.

На этот раз в том, как Вик трахает меня, намного больше уверенности, и ему не требуется так много времени, чтобы найти свой ритм. Он становится более опытным, но более того, начинает гнаться за чем-то, что доставляет удовольствие, поддается этому желанию. Я думаю, это потому, что он учится расслабляться рядом со мной.

Мне тоже пришлось этому учиться. Конечно, потребовалось некоторое время, чтобы перестать сомневаться в себе или чувствовать, будто со мной что-то не так из-за того, что я возбуждаюсь от подобных вещей.

От того, что мне нравится, когда Мэлис унижает меня.

От того, что я хочу, чтобы меня имели три разных мужчины.

Но я наконец начинаю принимать эту сторону себя, и мне хочется показать Виктору, как много для меня значит, что он трахает меня подобным образом. Я чувствую себя тряпичной куклой, безвольной и опустошенной, но сжимаюсь вокруг него, покрывая влажными поцелуями его шею и посасывая мочку уха. Я приближаюсь к очередному оргазму.

– С тобой так хорошо, Вик, – шепчу я. – Так приятно.

– Тебе здесь самое место, – выдыхает он. – С нами. Вот так.

Я киваю в знак согласия, ведь и не мечтаю быть в другом месте. Вик сажает меня к себе на колени и долбит так остервенело, что когда в очередной раз толкается, я чувствую, как струйки спермы его братьев вытекают из меня, освобождая место для его семени.

Эта мысль – осознание того, что все они кончили в меня – вызывает оргазм, к которому я стремилась. В итоге я слабо вздрагиваю в объятиях Вика, закатывая глаза от кайфа.

Он кладет руки мне на спину и наклоняется вперед, снова укладывая меня на кровать, и, наконец, выходит из меня. Теперь я действительно измотана. В моей голове не осталось ничего, кроме блаженного тумана, и я в нескольких шагах от того, чтобы заснуть.

Когда что-то теплое и влажное оказывается у меня между ног, я всхлипываю и пытаюсь оттолкнуть.

– Не могу… кончить еще раз, – бормочу я.

Рэнсом посмеивается.