Порочная клятва

Рэнсом стискивает меня в объятиях, будто способен прогнать одиночество одной лишь их силой. Хотя, возможно, и правда способен.

– Как ты ощущал себя в детстве? Когда у тебя за спиной было два брата, с которыми ты настолько близок, – любопытствую я.

Рэнсом заговаривает тихим голосом:

– Иногда было просто здорово. Иногда – просто дикий ад. Ты же знаешь, какими могут быть Вик и Мэлис.

– Упрямыми, злыми, импульсивными. Хотя, последнее едва ли касается Вика.

– Точно. Но, по большей части, все было классно. Несмотря на то, что я самый младший в семье, они никогда не относились ко мне как к обузе или типа того.

Позволяли мне ходить за ними по пятам, а когда не позволяли, я понимал, что они просто пытаются защитить меня. Мама очень ценила понятие семьи.

Я внимательно слушаю его рассказ и думаю, каково было бы расти в таком доме. С братьями и сестрами, с матерью, которая действительно заботилась бы обо мне, не была вечно пьяной, под кайфом или пыталась воспользоваться мной.

– Мэлис иногда дразнил меня.

Ну знаешь, так все старшие братья делают. Вечно брал мои игрушки, или когда мама просила его разделить со мной половину торта, он забирал «половину побольше». – Он изображает пальцами воздушные кавычки. – Но на самом деле все это не важно, поверхностно, так скажем. Если я ввязывался в конфликт с каким-нибудь придурком в школе, Мэлис сразу же появлялся и разъяснял говнюку, что происходит, когда наезжаешь на его семью. Он научил меня драться и защищаться, а Вик показал мне, как не обращать внимания на то, что думают идиоты.

– Звучит очень мило, – говорю я и слышу тоскливые нотки в своем голосе.

– Так и было. Мама позаботилась о том, чтобы мы прикрывали друг друга. Я помню, как однажды Мэлис и Вик из-за чего-то поссорились. Я даже не помню, из-за чего, так что, наверное, из-за какой-нибудь чуши. Но Мэлис не стал дожидаться Вика после школы, чтоб проводить домой, и Вик подрался с какими-то придурками из соседнего города. Он отстоял себя, но с Мэлисом определенно было бы легче, понимаешь? Мама была в ярости, когда Вик пришел домой весь в синяках, и спросила, где был Мэлис.

Вик не выдал его, просто сказал, что в тот день он возвращался домой один, но мама знала. Она всегда знала. Она усадила нас всех и сказала, что мы всегда должны быть рядом друг с другом. Что братья должны заботиться друг о друге. С тех пор мы так и делаем.

Для меня так удивительно все, что он говорит. Я и вправду вижу, что они приняли слова матери близко к сердцу.