Порочная невеста

— Я знаю одно: меня опоили и выдали за покойника, — понизив голос до шепота, сообщил мой собеседник. — Я думал, вы как-то причастны к этому, раз пришли тогда в склеп и помогли мне очнуться. Может, совесть проснулась.

— Постойте, но зачем же, по-вашему, нам это было нужно?

— А я откуда знаю, — пожал плечами сквайр. — Вот и пришел это выяснить, воспользовавшись благосклонностью вашей очаровательной тетушки. Не думал, что она так заинтересуется мной. Я, видите ли, в последние годы был одинок. Признаюсь, в этом есть и моя вина, жалел денег на дам, да и вообще был жутким жадиной.

А сейчас и вовсе, став стариком, мне приходится покупать любовь за деньги. В общем, в последние дни я заново переосмыслил свою жизнь и решил остаток ее провести на полную катушку. Наслаждаясь, так сказать, каждой отмеренной мне минутой.

— Мистер Барнс, уверяю вас, ни я, ни моя подруга не имеем отношения к тому, что с вами произошло, — твердо заявила я. — То, что мы помогли вам очнуться, чистая случайность.

Если уж говорить откровенно, вам крупно повезло, что мы оказались рядом.

— Вот как, — задумчиво протянул сквайр.

— К тому же мы выяснили, что еще несколько человек скоропостижно скончались за эти месяцы. Все как один были здоровы и умерли в своей постели.

— Не умерли, а заснули, — поправил меня мистер Барнс.

Неожиданно в памяти всплыли слова могильщика, что из могилы вдовы Рабийяр всю ночь слышались подвывания и странные звуки. Грудь будто сжали стальной рукой, я даже на мгновение забыла, как дышать.

Круглыми от потрясения глазами смотрела на сквайра Барнса и беззвучно открывала рот в попытке вдохнуть.

Прямо к нам летела леди Мелисента, в ее голосе слышались истеричные нотки.

— Мистер Барнс, вы покинули мою компанию, верно, нашли собеседницу поинтереснее?

Тетушка Чейза смерила меня убийственным взглядом. Алексис, бежавшая следом, развела руками.

— Ну что вы, миледи, как можно! — Сквайр тут же заулыбался и запел соловьем. — Просто давал советы по разведению канареек, ничего более.

Беседа уже исчерпала себя, и я вновь спешу возвратиться к даме своего сердца!

Если бы леди Мелисента могла, она растеклась бы лужицей сладкого сиропа под ногами мистера Барнса.

А у меня, напротив, настроение окончательно испортилось. Понимать, что несчастную вдову Рабийяр обрекли на мучительную смерть в закрытом гробу, было страшно и жутко. А третьего несчастного, помнится, просто кремировали, даже не зная, что он жив.