Порочная слабость

За время знакомства с Кирпичом я привыкла видеть в нем безмятежную глыбу льда. А сейчас в его глазах плескалась боль утраты.

– Слава, – тихо позвала я, когда мужчина проводил меня до двери спальни. – Если вдруг… Если мне нужна будет твоя помощь…

– Если только не ограбление банка, – усмехнулся Кирпич. – По городу почти все подвязаны на Зверя. Дохлый номер.

– А ювелирка? – с наигранной надеждой спросила я, включаясь в игру.

– Пару точек я знаю, – кивнул совершенно серьезно Слава. – Но сбывать придется в соседней области.

– Зачем сбывать? – возмутилась я. – Носить буду!

Кирпич сокрушенно покачал головой, смерил меня понимающим взглядом и задал вопрос, на который я не могла ответить отказом:

– Закажу хавчик в ресторане. На тебя брать?

– Вячеслав! Так уже сто лет не выражаются! – рассмеялась я.

– Тоже мне, голубая кровь, – фыркнул Кирпич и захлопнул дверь за моей спиной.

Оставшись наедине, я поняла, что у меня появился друг в стане врага. Пусть и не самый доброжелательный, зато не откажется помочь в трудную минуту.

После ужина мы с Кирпичом перекинулись в картишки. Разумеется, я выиграла. И не раз. Славик, кажется, понял, что я безбожно и почти не скрываясь, подтасовываю карты. Но мужчина лишь продолжал повышать ставки.

Время в компании Кирпича летело незаметно. И когда циферблат часов указал на тройку, я поняла, что пора бы и ползти в свою спальню.

Об этом я и сообщила Славику, а потом и зевнула так, что едва не вывихнула челюсть.

Вдруг телефон Кирпича ожил громкой трелью.

Подумаешь, важные дела. Да у меня тоже есть пара-тройка неотложных вопросов. Например, в чем лечь спать, в пижаме или в ночнушке. Или вообще голышом. Вот возьму, да и завалюсь в кроватку в чем мать родила.

Однако мое любопытство не собиралось укладываться вместе с моим телом. Оно ныло, чесалось и беспокоило различными мыслями.

А потом я расслышала звуки суеты, тяжелые шаги и отборные маты, произнесенные знакомым до боли голосом.

Пришлось высунуться из комнаты. И как раз вовремя.

Мимо меня промчалась сладкая парочка: Кирпич и Зверь. И если один шел бодро, то второй почти повис на плече первого.

– Шеф, мля, – причитал Славик. – Говорил, в больничку нужно. Никто бы и не вякнул. Все же подвязаны.

– Заткнись! – процедил Заверин.

А я застыла от ужаса, когда рассмотрела рассеченную губу, ссадину на скуле и разбитые в кровь костяшки.