Порочная слабость

Я в который раз пожалел, что еще тогда, много месяцев назад, не убил эту падлу Говелина. Пожалел его. А зря.

– Нынче верные люди на вес золота, – невесело хмыкнул я, поднял левую руку вверх, показывая, что безоружен: – Вели ребятам убрать «стволы», брат. Ты же видишь, я – калека.

Марк мотнул головой, приказывая своим шакалам отступить.

– Где моя верная женушка? Греет твою койку? Или ты устроил ей побег? – невозмутимо рассуждал Марк.

По взгляду брата видел, он уже чувствует себя победителем.

– Значит, ты нашел Аделину? – спросил я.

– Нашел, брат, – кивнул Марк и оскалился так, что не осталось сомнений: изначально он заставит пожалеть Лину о побеге, а потом приступит к ее «воспитанию».

– И где она? Ты все равно убьешь меня, – небрежно бросил я.

Марк думал всего секунду, а потом все же произнес заветные слова, так нужные мне сейчас.

Мои догадки подтвердились, Лина действительно находилась в небольшой деревне за много тысяч километров от меня.

Я тщательно контролировал каждую эмоцию, мимику, жесты.

А вот Марк, наоборот, не скрывал собственного триумфа. А потом и вовсе в подробностях рассказал, как жил эти годы, кто ему помогал, кто стоял за его исчезновением и чудесным воскрешением. – Дружок твоего учителя, Лех, та еще сволочь. Но слово держит, – захохотал Марк. – Что ж, пора завязывать с разговорами, брат. Время умирать.

– Пора, – холодно кивнул я.

Когда я выстрелил, на лице Марка застыло удивление. Он считал, что контролирует все и всех, включая меня. Держит все под контролем, просчитал все варианты и ходы.

Однако он не учел одного: я, как и Лина, собирался идти до конца. И раз уж судьба подарила мне такую женщину, просто так я от нее не откажусь.

Люди из личной охраны Марка сделали все «чисто». Брат хотел больнее уколоть меня, набрал в охрану тех парней, что начинали со мной или бойцов из клуба. Но просчитался. Мои люди остались верны мне.

– Алексей Сергеевич, все чисто, можно ехать, – ко мне подошел Никита, самый опытный боец «Лотоса».

Я кивнул. Пистолет оттягивал руку.

Стрелять левой – не проблема, а вот видеть, как Марк истекает кровью – тяжело.

Вышел из дома. Не оглянулся, когда парни заливали бензином дом. Из окна тачки видел, как пламя стремительно проглатывает весь дом целиком, а вместе с домом исчезает и моя прошлая жизнь. Я позаботился о том, чтобы Марк больше не воскресал.

– Вы все слышали, Павел Иосифович, – выдохнул я, поднес трубку к уху, прикрыл глаза.

Никита уже пересылал все записи наших «встреч» с Марком.