Водитель и няня. Уже в пути. Так что сиди и не дёргайся.
Испепеляю его взглядом. Поджимаю губы и вскакиваю с места.
- Ну знаешь что! – хватаю со стола телефон. – Так же нельзя! Кто тебе право дал, а?
Меня прямо захлёстывают волны праведного гнева, а Демиду хоть бы что! Сидит себе, кофе попивает!
Отхожу в сторону и тычу в телефоне. От злости на него у меня трясутся пальцы.
Тётя Люда отвечает не сразу. Берёт трубку только с третьего дозвона.
- Тёть Люд! – отхожу дальше по коридору, шепчу в трубку. – Где Маша?
- О, Алиска! Привет! Как ночь провела? Все проблемы уладили? – в её голосе столько любопытства, что у меня краснеют уши.
Когда вчера я звонила ей по поводу Маши, то не стала вдаваться в подробности и просто сказала, что у меня возникли «непредвиденные трудности», и я не смогу приехать.
- Нет, не решили! Так где Маша??
- А, так её забрали, - удивлённо отвечает соседка. – Я думала, ты в курсе!
- Как забрали? Кто забрал?? – сердце бешено шарашит в груди.
- Ну так… Сказали, что ты попросила.
Женщина такая приятная, и мужчина водитель. Они Машуле сразу понравились… - тётя Люда кажется растерянной. – Я с Демидом разговаривала, он сказал, что ты в курсе…
- Я не в курсе! – тяжело дышу, чувствуя себя бессильной что-либо изменить. – Я знать не знаю, кто это такие! Неужели нельзя было мне сперва позвонить?
- Ну так он же сказал… просил тебя не беспокоить…
Чёрт! Конечно просил! Демид может быть очень убедителен, когда захочет!
- Ясно… - прислоняюсь спиной к стене.
Чувствую, как дерёт глаза от подступающих слёз.
- Хочешь я в полицию обращусь? – тут же предлагает соседка.
Делаю глубокий вдох, раздумывая над этим вариантом, и в этот момент как раз звонят в дверь.
- Я вам перезвоню! – тут же говорю и отключаюсь.
Бегу по коридору, чувствуя вне себя от волнения. Опекун из меня просто кошмарный… Сестру чуть ли не выкрали, а я ни сном ни духом!
Демид успевает подойти к двери первым.
Я взволнованно маячу за его широкой спиной и встаю на цыпочки, пытаясь первой разглядеть, кто там пришёл.
Дверь открывается, и на пороге появляется приятная женщина лет пятидесяти, в руках у которой радостно щебечет Маша!
- Манюня! – бросаюсь к ней и тут же взволнованно оглядываю сестрёнку. Сама не знаю, что пытаюсь разглядеть, но, кажется, малышка выглядит вполне счастливой.
Она радостно смеётся при виде меня, и тянет ко мне пухлые ладошки.
- Лися! Лися! – улыбается.
Я беру её на руки и прижимаю к себе.
