Проклятье! Он мое имя запомнил! Вот надо было мне именно сегодня взбрыкнуть против Аси и Гали.
— Будь сукой, — проникновенно шепчет Валерия и выходит.
Столкнувшись с Вадимом Алексеевичем, она фыркает и царственно удаляется.
— На тебя вызверилась, да? — он обеспокоенно смотрит мне в лицо. — Не слушай ее, Аль. Ну, вот такая она, срывается на других не по делу.
Лучше бы Валерия на меня накричала, честное слово. Я же к ней по-доброму, а она меня напугала до темных крапинок в глазах. Теперь ответ Евгения о том, что недостаточно просто справляться с обязанностями секретаря, приобретает оттенок чего-то сомнительного.
И томного.
— Фу, блин, — со стуком ставлю грязную чашку в раковину. — Ужас какой.
— Ты о чем? — Вадим Алексеевич приваливается к столу и скрещивает руки на груди.
— Вам кофе налить? — мастерски перевожу тему.
— Нет, — качает головой. — У старшей сегодня день рождения. Хотел спросить, — ковыряется в телефоне и показывает фотографию электросамоката, — как тебе?
Хищные крылья над колесами, рычажок тормоза, регулятор скорости на прорезиненых ручках.
Я бы сама от такого не отказалась.
— Мне нравится.
— Тогда закажи и чтобы к шести часам был у меня, — Вадим Алексеевич довольно улыбается. — Ок?
— Ок. Будет вам самокат.
Вот это по мне — выполнять срочные поручения, а не разговоры о гениталиях босса, которого я сегодня, укуси меня бездомный кот, впечатлила тем, что я отстояла свое имя. Надеюсь, за выходные у него из головы выветрится сегодняшняя беседа, и я вновь стану для него Аней.
А лучше Агафьей.
Глава 4
Я снимаю двухкомнатную квартиру вместе с Машей, которая просит называть ее Мари. Познакомилась я с ней, когда въехала. Очень эффектная девушка: высокая, стройная и пышногрудая платиновая блондинка. Когда она вышла из своей комнаты в шелковом халатике, я даже уронила чемодан, а она кокетливо улыбнулась и грациозно протянула ладошку для рукопожатия. Я так была впечатлена ее красотой, что в первый момент хотела поцеловать ее кончики пальцев в благоговении и почтении, но вовремя одумалась.
— Привет, — прохожу на кухню и щелкаю рычажком электрического чайника.
— Как там твой бука-босс?
Я не распространяюсь о работе и тем более о Евгении, но Мари решила, что он тиран по умолчанию. Отвлекается от смартфона и оглядывается на меня:
— Обижал, да?
— Нет, все хорошо.
— А выглядишь так, будто тебя обижали.
— Я просто устала, — достаю из холодильника кастрюльку с тефтельками и гречкой. — И меня не работа вымотала, а метро.
