Порочный босс для тихони (СИ)

Какая я слабая и впечатлительная!

Вибрация в руке, и я с обреченными всхлипами смотрю на экран, на котором черными и насмешливыми буквами всплывает сообщение.

Босс: Ты же моя озорница, без рук справилась. Впечатлен.

Вскидываю лицо к потолку и, уставившись на белую и шарообразную камеру слежения в углу, в отчаянном изумлении хлопаю ресницами. Евгений меня провел, спровоцировал на гнусное безрассудство и следил за тем, как я самоудовлетворяюсь о жесткую обивку дивана. Камера издевательски подмигивает мне зеленым огоньком, и телефон в вспотевшей ладони опять вздрагивает в вибрации.

Я должна проигнорировать сообщение от Евгения, который сейчас наблюдает за мной и наслаждается моим стыдом и своим триумфом над глупой и упрямой секретаршей. Должна, но не могу. Перевожу взгляд на экран.

Босс: Твое молчание меня заводит.

Медленно моргаю и торопливо набираю гневное сообщение, обвиняя Евгения в том, что он подлец без совести и стыда и удивляюсь тому, как ему хватило наглости прислать мне фотографии, которые не на каждый сайт с порно осмелятся выставить.

Перечитываю свою тираду, стираю ее и откладываю телефон, метнув на камеру горделивый и надменный взгляд. Для пущей убедительности скрещиваю руки на груди и отворачиваю лицо.

Пусть я еще не признала, но я проиграла эту битву с Евгением. Я даже на расстоянии не могу противостоять ему и от мысли о том, что он сидит в кабинете и наблюдает за мной с чашечкой кофе, низ живота вновь теплеет и тяжелеет. Закрываю глаза, прислушиваюсь к себе и понимаю, что я не могу и не хочу больше юлить.

Я позволю потаскухе в красном удовлетворить свои низменные потребности в дикой и необузданной близости с порочным и беспринципным негодяем. Я, как дипломированный психолог, даю самой себе совет не подавлять темные желания, а в ином случае последствия для хрупкой психики будут непредсказуемые. Я рассмотрю свое влечение, препарирую его и освобожусь от него, когда придет насыщение от близости с Евгением.

Вздрагиваю от громкого и неприятного скрежета и закрываю уши ладонями.

Наконец, с обеда вернулся слесарь, который без лишних приветствий и предупреждения решил вырезать замок. Нет бы сначала поздороваться и предупредить, чтобы я не пугалась жуткого шума.

Через десять минут из двери на кафель с грохотом выпадает ручка и сердцевина замка, и в комнату входят молчаливые охранники. Смотрят на меня, спрятав руки в карманы, и вздыхают:

— Пройдемте с нами, уважаемая.

Глава 26

Швыряю на стол перед Евгением сумку и скрещиваю руки на груди.