Порог

«Твен» внешне был стандартным корветом, на беглый взгляд не отличимым от «Енисея», корвета класса «Эй-би». Ничего удивительного в этом не было, корпус в серии «Эй-си» использовался тот же самый: титановый каркас, покрытый керамической броней, сигара длиной более ста семидесяти метров и диаметром около двадцати пяти. В герметичный док его заводить не стали: процедура эта была сложная и крайне редко необходимая. Сейчас «Твен» висел рядом с космопортом, пришвартованный в трех точках и соединенный со станцией двумя шлюзами и заправочными рукавами.

— Они пушку добавили! — с неожиданным энтузиазмом сказал Матиас. — Гляди, два порта на виду! Мы теперь трехпушечные!

Валентин, мысленно порадовавшись этому «мы», спросил:

— Да было бы с кем, — поскучнел Матиас. — Так что там еще наворотили…

Они стояли на эстакаде, тянущейся над главным гермодоком. Отсюда был самый лучший реальный вид на корабль — по традиции гигантские створки главного шлюза делались из прозрачной керамики. В самом шлюзе было пустынно, только возле полуразобранного челнока возились с десяток ремонтников, за которыми, раскрыв рты, наблюдали какие-то салаги в форме хьюстонского космоколледжа.

Матиас порылся в планшете, выводя и укрупняя отдельные чертежи. Валентин попытался заглянуть через плечо другу, но на схемах стоял гриф секретности, и экран был поляризован строго под взгляд хозяина. Валентину пришлось достать свой и включить схемы корабля.

— Вроде как ничего принципиально нового, — пробормотал тем временем Матиас. — Три пушки вместо двух, четыре бота вместо трех… Двигатели те же! Только экипаж сократили. Корабль с довеском?

— Нет. — Валентин покачал головой. — Весь экипаж набираем сами.

— Войдем на борт — сдатчики сразу отчалят. Претензий к кораблю никаких нет.

— Ну прям такая красота, что и не бывает…

Он вывел на планшет штатное расписание, Валентин сделал то же самое.

— Оружейник. Здесь всего один. Гюнтер или Роланд?

— Почему он? — невинно поинтересовался Матиас.

— Немец-оружейник — это достояние корабля.

— Я тоже немец, — обиделся Матиас. — И тоже люблю пушки.

— Но ты не оружейник.

— Ладно, его уговорю, — кивнул Матиас. — Лишняя пушка, щиты посильнее, Гюнтеру понравится… Но все-таки почему не Роланд?

— Потому что Роланд больше занят своей внешностью, чем кораблем.

Матиас покачал головой.

— Все-таки, Валя, вы, русские, сплошь гомофобы.

— А вот и нет, — возмутился Валентин.