Порог

 — Если верить старым записям в соцсетях, то большую часть истории у нас в правоохранительные органы, в руководство спортивных команд и даже во власть набирали исключительно геев. Ты почитай!

Матиас посмотрел на Валентина с подозрением, но на лице командира не было ни тени улыбки.

— Ну… если в самом деле так… — с сомнением сказал он. — В то время это имело определенный смысл, особенно во власти. Меньше протекционизма к отпрыскам… Это как на Востоке, где визирями назначали евнухов… Но я этого не знал. Извини за шутку.

Валентин махнул рукой.

— Гюнтер, — отметил у себя в планшете Матиас. — Так… Ну, командир и старпом — понятно… Врач?

— Попробую… ну, допустим, попробую, но ему же два года до отставки, в этом возрасте менять корабли не любят…

— Вот и походит напоследок на новом корвете с небольшой командой. Синекура!

— Логично. — Матиас сделал пометку. — Переходим к более серьезным вопросам. Мастер-пилот. Александр?

Валентин покачал головой.

— Согласен, пусть Александр работает на «Енисее», — легко согласился Матиас.

— Через два дня вылет.

Вот теперь старпом опустил планшет и с подозрением уставился на командира.

— Ты серьезно? Вот так с места в карьер?

Матиас оглянулся и, понизив голос, спросил:

— Какое-то особое задание? Спешное?

Врать Валентин не любил, но и ответить честно не мог.

— Знаешь, мне кажется, меня хотят побыстрее услать от Земли. Чтобы не попал под горячую руку ревнителям Соглашения.

— Похоже на истину, — успокоился Матиас.

— Нет, — кивнул Валентин.

Это он уже проверил. Никаких особых полномочий ему действительно не дали, и причины были ему понятны.

— Тогда пошли на рынок, — со вздохом сказал Матиас.

Они одновременно открыли флотскую базу временно выведенных за штат офицеров. Первым вздохнул Матиас. Вторым Валентин.

Хорошие пилоты на Земле не засиживаются. За ними охотятся, их обхаживают, к ним подбирают всевозможные ключики. Матиас клялся, что на одной его знакомой, талантливом мастер-пилоте, амбициозный командир женился — и не по любви, а чтобы добиться перевода на свой корабль.

Так что в списке, появившемся на экране, было три десятка фамилий — и все они принадлежали новичкам, едва отбывшим практику и сменившим курсантские нашивки на офицерские погоны. Разумеется, никто из них не мог блистать талантами, за перспективными курсантами охотились еще с академии.

— Печалька, — сказал Матиас.