Порожденная грехом. Часть 2

Мэддокс был достаточно умен, сохраняя дистанцию между нами, когда последовал за мной и Джианной в фойе.

— В следующий раз, прежде чем зайти, лучше отправь мне сообщение, — сказал папа на прощание, выводя Мэддокса на улицу.

Мэддокс одарил его сардонической улыбкой, а затем подмигнул. Он исчез из виду, и папа закрыл дверь. Он повернулся, ища меня взглядом. Я не была уверена, что он искал.

— Мне пора, — сказала Джианна.

— Полагаю, ты все это время не сводила с них глаз, — язвительно пробормотал отец.

Джианна закатила глаза.

— Она была с ним наедине несколько недель, Лука. Думаю, она сможет выдержать пару минут с ним. Марселла уже не маленькая. Ей пришлось повзрослеть, чтобы выжить, как и всем нам в конце концов.

Выражение лица отца исказилось от гнева, но также и от чувства вины. Когда Джианна ушла, я подошла к нему и коснулась его руки.

— Я в порядке, пап. Ты не сможешь защитить меня от предстоящих битв, но как твоя дочь, я хорошо оснащена, чтобы победить в них, поэтому, пожалуйста, не волнуйся.

— Никогда бы не подумал, что наблюдать за твоим взрослением будет так тяжело. Я просто хочу запереть тебя в башне, подальше от всех опасностей этого мира.

Я прижалась поцелуем к его щеке.

— Я могу справиться с опасностью.

Папа кивнул, и я направилась наверх, обратно в свою комнату.

Сегодня ночью я не стану искать убежища в комнате Амо. Я должна выполнить свои слова и обрести свои фигуральные женские яйца.

На следующее утро Мэддокс ждал в тату-салоне, как и обещал. Сеанс занял шесть часов, и все это время он держал меня за руку, несмотря на неодобрительные взгляды телохранителей. Мы мало разговаривали. Вокруг было слишком много любопытных ушей, но то, что он находился рядом, значительно облегчало мне жизнь.

Когда мастер закончил, Мэддокс восхитился моей спиной.

— Белоснежка, эта татуировка приведёт в бешенство ненавистников.

Я улыбнулась, но быстро покачала головой, когда мастер хотел протянуть мне зеркало, чтобы я могла проверить его работу.

— Я лучше подожду, пока не окажусь дома.

Губы Мэддокса сжались от беспокойства, но я твердо улыбнулась ему.

— Тату действительно удивительная. Эрл перевернется в могиле, поверь мне, — сказал он.

— За то, что ты здесь.

Мэддокс покачал головой, еще больше понизив голос.

— Я ответственен за это дерьмо. Я всегда буду рядом, если понадоблюсь тебе.

Я кивнула. Мои телохранители указали на часы.