– К Ковригину.
Мрачный сказал несколько слов в переговорник, и рядом с ним тут же образовался его родной или двоюродный брат. Оглядев меня с ног до головы и составив, судя по выражению морды, самое нелестное мнение о моей персоне, двоюродный обхлопал меня своими здоровенными лапами, убедился, что я чист, и провел внутрь особнячка.
Здесь все поражало роскошью. По коврам – белым и светло-кремовым – страшно было ступать: и пачкать их не хотелось, и утонуть можно, такой глубокий ворс. Камины были в каждой комнате, а в одной, кажется, даже два.
Потолки чуть не обрушивались от цветной лепнины. Видимо, благотворительность – это очень выгодное дело.
Наконец мы подошли к такой потрясающей двери, инкрустированной всем, что только бывает на свете дорогого, что я понял: за этой дверью сидит сам Ковригин.
Но за этой дверью сидела только его секретарша. Хотя сказать о ней «только секретарша» было бы оскорблением. Она была так же роскошна, как убранство особняка, и, должно быть, к нему и относилась.
Секретарша похлопала ресницами, нажала кнопочку, распахнулась еще одна дверь, и я наконец предстал перед Ковригиным.
В кабинете сидел самый обыкновенный мужик, довольно толстый, хотя его толщина удачно скрадывалась отличным костюмом. Обыкновенный мордатый мужик с прущим из ушей богатством. За спиной у Ковригина стоял еще один человек – худой, сутулый, смуглый, с лицом, похожим на бритву, – узким, острым и опасным. Этот человек-бритва все время шевелился – то переступал ногами, то поворачивал голову, то поправлял галстук или манжеты – казалось, неподвижность утомляет его, ему все время хочется прыгнуть или ударить кого-нибудь, хочется действовать.
Одного взгляда на этого заточенного мужика мне хватило, чтобы понять: в этом благотворительном особняке засели такие же бандиты, как в «Поллуксе», только покруче.
– Здравствуйте, господин… Пожаров, – с усмешкой произнес Ковригин, внимательно, оценивающе оглядев меня. – Присаживайтесь.
– Здравствуйте, господин Ковригин, – ответил я ему в тон.
– Я, конечно, присяду, ведь я сам пришел к вам, по доброй воле, только я сразу хочу вам сказать – просто так, чтобы у вашего энергичного помощника не возникло каких-нибудь нездоровых мыслей: я договорился с одним человеком… с моим партнером, что буду звонить ему по телефону каждые полчаса, и если очередной звонок не последует, следователь горпрокуратуры Анна Николаевна Громова получит всю информацию, какой мы располагаем, и узнает, что я нахожусь у вас.
