Хватит гребаных поездок через весь штат Вашингтон, потому что я, видите ли, сбежал.
Глава 52
Хардин"
"Я звонил ей сорок девять раз.
Черт возьми, сорок девять раз.
Сорок девять.
Представляете, сколько это гудков?
До хрена.
Не сосчитать, да у меня сейчас бы и не получилось – голова не соображает. Так или иначе, это чертова куча гудков.
Если мне удастся продержаться еще три минуты, я сорву с петель входную дверь и разобью телефон Тессы – которым она, по всей видимости, не умеет пользоваться, – об стену.
Ладно, наверное, не стоит разбивать его об стену.
Может, я просто наступлю на него пару раз, чтобы экран треснул.
Может быть.
Но, черт возьми, нагоняй ее ждет в любом случае. Она не берет трубку уже часа два, и ей неоткуда знать, как я измучился за время в дороге. Чтобы доехать до Сиэтла как можно быстрее, я превышаю скорость на тридцать километров в час.
Когда я добираюсь до места, на часах три ночи, а Тесса, Вэнс и Кимберли возглавляют мой черный список. Может, им всем разбить телефоны, раз уж они окончательно забыли, как брать трубку?
Когда я подъезжаю к воротам, меня охватывает паника даже сильнее прежнего.
«Что, если они решили заблокировать ворота? Что, если поменяли код?»
«Я вообще помню этот чертов код? Конечно, нет. Мне ответят, если я позвоню и спрошу его? Конечно, нет».
Что, если они не отвечают на звонки, так как с Тессой что-то случилось, и они везут ее в больницу, и ей плохо, а они вне зоны доступа…
Но вот я вижу, что ворота открыты, и это вызывает у меня легкое раздражение.
«Почему Тесса не включила охранную систему, когда она одна дома?»
Петляя по извилистой дорожке, я замечаю, что у большого дома припаркована только ее машина. Буду знать, как ведет себя Вэнс, когда нужна его помощь… Вот такой он чертов друг. То есть отец, не друг. Черт, сейчас, если честно, – ни то ни другое.
Пока я выбираюсь из машины и подхожу к входной двери, мой гнев и страх только нарастают. То, как она говорила, ее голос… Она словно не отвечала за свои действия.
Дверь не заперта – кто бы сомневался, – и я, миновав гостиную, выхожу в коридор.
Дрожащими руками распахиваю дверь в ее спальню, и в груди все сжимается при виде ее пустой кровати. Кровать не просто пуста, а не тронута – идеально заправлена, все уголки подоткнуты совершенно неповторимым образом. Я как-то пробовал – невозможно заправить кровать так, как это делает Тесса.
– Тесса! – кричу я по дороге в ванную напротив. Зажмурившись, включаю свет. Так ничего и не услышав, открываю глаза.
