– Иногда мне кажется, что все вокруг получают то, чего хочу я, – смущенно бормочет она.
Тессе стыдно рассказывать о том, что у нее на душе…
Я едва могу разобрать слова.
– Не то чтобы я не рада за этих людей… – Однако слезы в уголках ее глаз более чем заметны.
Хоть убей, не понимаю, о чем речь, но на ум сразу приходит помолвка Кимберли и Вэнса.
– Дело в Кимберли и Вэнсе? Потому что, если ты об этом, не стоит желать себе того же. Он обманщик, изменщик и… – Я обрываю себя, пока не наговорил лишнего.
– Но он ее любит.
Очень сильно, – бормочет Тесса. Ее пальцы обводят узоры на бетонном полу.
– Я люблю тебя еще больше, – говорю я, не задумываясь.
Мои слова оказывают действие, обратное тому, на которое я рассчитывал. Тесса начинает всхлипывать. По-настоящему всхлипывать, обхватив колени руками.
– Это правда. Люблю.
– Любишь, но только временами, – отвечает она, словно это единственное, в чем она уверена в этой жизни.
– Чушь. Ты же знаешь, это не так.
– Но так кажется, – шепчет она, глядя в сторону моря.
Лучше бы сейчас был день, тогда вид моря мог бы ее успокоить, раз уж я с этой задачей не справляюсь.
– Я знаю. Знаю, что может так показаться. – Я допускаю, что именно так она это сейчас и воспринимает.
– Когда-нибудь ты будешь любить другого человека постоянно.
«Что?»
– О чем ты говоришь?
– В следующий раз ты будешь любить ее постоянно.
В этот момент я странным образом вижу себя в будущем: лет через пятьдесят я словно заново переживаю острую боль от ее только что прозвучавших слов.
Меня охватывает понимание, абсолютное и окончательное понимание.
Она отказалась от меня. От нас.
– Не будет никакого следующего раза! – Я невольно начинаю кричать, кровь вскипает, угрожая разорвать меня на части прямо здесь, на проклятой террасе.
– Будет. Я твоя Триш.
«О чем это она? Понятное дело, она пьяна, но при чем здесь моя мать?»
– Твоя Триш. Это я. Но еще будет Карен, и она родит тебе малыша. – Тесса вытирает слезы, и я, соскользнув со стула, опускаюсь перед ней на колени.
– Понятия не имею, о чем ты говоришь, но ты не права.
Она начинает рыдать, и я обнимаю ее за плечи.
Слов не разобрать, но до меня доносится:
– … малыш… Карен… Триш… Кен…
Будь проклята Кимберли с таким количеством спиртного в доме.
– Не понимаю, какое отношение Карен, Триш или кого ты там еще вспомнишь, имеют к нам.
Она вырывается из моих объятий, но я усиливаю хватку. Может, она и не хочет, чтобы я был рядом, но сейчас ей это необходимо.
– Ты – Тесса, а я Хардин.
