Она слишком медленно шевелит ногами, и я наклоняюсь, хватаю ее за локоть, чтобы быстрее привлечь ее к себе.
Мое дыхание все еще восстанавливается. Адреналин наполняет кровь. Я спустил пар на этой проклятой груше, но руки и ноги болят. Я еще не выпустил всю злость. Что-то внутри меня, в глубинах подсознания, мучает меня, не позволяет избавиться от неприязни к Зеду.
Это длится, пока я не ощущаю прикосновение ее губ к своим. Она удивляет меня, проникнув языком в мой рот. Маленькие ладони с трудом стягивают скрученную футболку, бросают на пол и забираются во влажные от пота волосы.
– Тесса…
Я нежно толкаю ее в грудь и отстраняюсь. Сажусь на скамейку и вижу ее сузившиеся глаза.
Она молча становится передо мной.
– Я не стану мириться с тем, что ты отвергаешь меня из-за снов, Хардин. Не хочешь меня – прекрасно. Но это все чушь собачья, – цедит она сквозь зубы.
Как и ожидалось, ее злость что-то пробуждает во мне, заставляет кровь прилить к члену. Я хотел эту женщину с тех пор, как последний раз был с ней, а теперь она здесь, вожделеющая и разочарованная тем, что я не дал ей того, чего она хочет.
Телефонных разговоров никогда не будет достаточно, мне нужно больше.
Внутри меня идет война. Огнем разливается дьявольская энергия. Наконец я произношу:
– Я не могу с этим справиться, Тесса. Я знаю, все это бессмысленно…
– Тогда трахни меня, – говорит она, и я открываю рот. – Тебе просто нужно трахать меня до тех пор, пока не забудешь свой сон. Потому что ты здесь всего на одну ночь, а я скучала по тебе.
Но ты так зациклился, воображая меня с Зедом, что не можешь уделить мне того внимания, которое мне нужно.
– Так ты внимания захотела?"
"Не могу сдержать резкости, когда слышу ее нелепые и лживые слова. Она понятия не имеет, сколько раз я дрочил, представляя ее, воображая ее голос, говорящий, как сильно она нуждается во мне, как сильно любит.
– Да, Хардин. Это. То. Что. Я. Хочу.
– И что конкретно тебе нужно? – спрашиваю я.
Ее тяжелый взгляд несколько нервирует.
– Я хочу, чтобы ты был со мной без заморочек о Зеде. Я хочу, чтобы ты прикасался ко мне, целовал меня и не отталкивал. Вот что мне нужно, Хардин. – Она хмурится и упирает руки в бедра. – Я хочу, чтобы ко мне прикасался ты, только ты, – добавляет она, слегка смягчаясь.
Ее слова, вкрадчивые и убедительные, начинают вытеснять бредовые идеи из моего сознания. Я начинаю осознавать, насколько глупое это на самом деле испытание. Она моя, а не его.
