Чувствую, что Хардин едва сдерживает ярость.
– Не думай, что если ты мне позвонил, мы вдруг стали друзьями, – осаживает его моя мать.
Хардин хватает меня за руку, и я с удивлением оборачиваюсь. Я и не заметила, что сделала несколько шагов к матери.
– Ты так и не изменилась за все эти годы, – горько вставляет отец. – Все так же поспешно судишь людей.
Отец разочарованно покачивает головой. Я благодарна ему за то, что он выбрал сторону Хардина.
– Поспешно сужу? Ты вообще знаешь о том, что этот парень, которого ты так защищаешь, трахнул твою дочь только для того, чтобы выиграть пари, заключенное с его друзьями? – Голос моей матери полон холодной ярости.
Мне кажется, будто из комнаты выкачали весь воздух. Я задыхаюсь."
"– Так и есть! – продолжает мать. – Он хвастался в кампусе направо и налево. Так что не смей его защищать.
Глаза отца широко раскрыты. Я вижу в них растущую ярость, когда он переводит взгляд на Хардина.
– Это правда? – рычит он.
– Это неважно! Мы уже обсудили это, – заявляю я родителям.
– Видишь, она нашла себе такого же, как ты. Нам остается молиться, чтобы он не обрюхатил ее и не бросил. К тому же всего три недели назад ее привезли ко мне без сознания. Дружки этого Хардина чуть ее не изнасиловали!
Воспоминание о той ночи причиняет мне боль, но больше всего меня беспокоит, что моя мать винит в этом Хардина. Она прекрасно знает, что он никак не был в этом замешан.
– Ты, сукин сын, – говорит отец сквозь сжатые зубы.
– Не надо, – спокойным голосом предупреждает его Хардин.
– Ты обманывал меня! Я думал, что у тебя всего лишь дурная репутация, несколько татуировок и скверный характер! Это я еще мог стерпеть. В этом мы похожи. Но ты воспользовался моей дочерью!
Отец бросается к Хардину, и я встаю между ними.
– Прекратите оба! – выкрикиваю я. – Если вам хочется ругаться из-за вашего прошлого – это ваш выбор, но не нужно вмешивать Хардина! У него были причины позвонить тебе, мама, а ты на него нападаешь. Это его дом, не ваш.
Можете убираться отсюда! – Глаза горят от сдерживаемых слез, но я отказываюсь дать им волю. – Разрешайте ваши разногласия или уходите. Мы будем в спальне.
Родители замолкают. Они смотрят на меня, затем друг на друга. Хватаю Хардина за руку и тяну за собой. Лэндон идет за нами.
В спальне говорю Хардину:
– Лучше бы ты ей не звонил.
– Тебе нужно было с ней увидеться, – мрачно отвечает он.
– Она все только усложнила. Она рассказала отцу о том, что ты сделал.
