Ты заставляешь меня чувствовать так…
– Нет! Я не хочу больше слушать, Хардин. Я знаю, что ты врешь, это твой коронный номер. Заставить меня поверить, что ты чувствуешь ко мне то же, что и я к тебе, чтобы потом щелкнуть выключателем. Я теперь знаю, как это работает, и больше не попадусь.
– Чувствую то же самое, что и ты? Значит… у тебя есть чувства ко мне?
В его глазах вспыхивает что-то, похожее на надежду. Он куда более талантливый актер, чем я думала.
Он прекрасно знает, что я чувствую к нему, должен знать.
Почему же еще я вовлекаюсь в этот кошмарный водоворот? Я осознаю со страхом, не испытываемым ранее, что, как только я дала понять Хардину, что я к нему неравнодушна, он получил оружие, чтобы легко разбить мое сердце. Оружие, даже опаснее, чем у него есть сейчас.
Чувствую, что крепость моя рушится, пока Хардин смотрит на меня; не могу этого допустить.
– Уходи, Хардин. Я не буду просить еще раз. Если ты не уйдешь, я позову охранника.
– Тесс, пожалуйста, ответь мне, – умоляет он.
– Не называй меня Тесс, так меня зовут дома, друзья и люди, которым я действительно нужна. А теперь уходи! – кричу я.
Мне просто необходимо, чтобы он ушел."
"Я ненавижу, когда он зовет меня Терезой, но «Тесс» от него звучит еще хуже. Когда он шевелит губами, произнося мое имя, оно звучит так интимно, так красиво. Черт возьми, Тесса. Остановись.
– Пожалуйста, мне нужно знать, если ты…
– Какие длинные выходные, ребята, я устала как собака! – сообщает Стеф, врываясь в комнату с видом полного изнеможения.
Но, заметив мои мокрые щеки, останавливается и, прищурившись, смотрит на Хардина.
– Что происходит? Что ты натворил?! – кричит она на него. – Где Ной? – спрашивает она меня.
– Он ушел, и Хардин тоже собирается, – говорю я.
– Тесса… – начинает Хардин.
– Стеф, пожалуйста, уведи его, – прошу я, и она кивает.
Рот Хардина открывается в изумлении: он никак не ожидал, что я использую Стеф против него. Думал, что снова меня поймал.
– Пойдем, вундеркинд, – говорит она, хватает его за руку и тащит за собой в коридор.
Я смотрю в сторону, пока не щелкает замок, но тут же слышу их голоса из коридора.
– Что за дела, Хардин! Я же сказала: не приставай к ней, она моя соседка и не такая, как девчонки, с которыми ты путаешься. Она хорошая, наивная, и, честно говоря, она не для тебя.
Я приятно удивлена, что она так думает обо мне. Но боль в груди все еще не проходит. Мое сердце буквально истекает кровью.
