– Да-да. Да. Помогу, – говорит он, сглатывая слюну."
"Очень приятно, когда кто-то настолько красивый, ладно, настолько сексуальный, как Хардин, так на тебя реагирует. Я знаю, что меня считают симпатичной, но я совсем не из тех девчонок, с которыми он обычно имеет дело. У меня нет татуировок и пирсинга, и одеваюсь я консервативно.
Надеваю платье и поворачиваюсь спиной, чтобы он застегнул его. Подбираю волосы повыше. Прежде чем застегнуть платье, он проводит пальцем вдоль моего позвоночника, поверх лифчика.
Я вздрагиваю и откидываюсь назад. Намеренно прижимаюсь к нему спиной, слушая его свистящее дыхание. Его руки опускаются к моим бедрам и нежно сжимают их. Я чувствую его эрекцию, и это ощущение электризует меня в сотый раз за день.
– Хардин? – раздается голос Карен из коридора, одновременно с деликатным постукиванием, и я радуюсь, что мы оба одеты.
Хардин закатывает глаза и подносит губы к моему уху.
– Потом, – обещает он и идет к двери.
Перед тем как открыть дверь, он включает свет.
– Извините за вторжение, но я сделала десерт и подумала, может быть, вы хотите? – ласково предлагает Карен.
Хардин не отвечает, и она переводит взгляд на меня, ожидая ответа.
– Да, было бы здорово, – отвечаю я с улыбкой, и она сияет.
– Отлично! Увидимся внизу, – говорит она, спускаясь.
– Я уже свой десерт получил, – говорит Хардин хитро, а я хватаю его за руку.
Глава 49
Карен наготовила много сладостей. Я ем мало, по большей части обсуждаю увлечение выпечкой. Лэндон не присоединяется к нам, но это, кажется, никого не удивляет.
Я оглядываюсь на диван, где он сидит с книгой на коленях, и напоминаю себе, что нужно поговорить с ним не откладывая. Я не хочу терять нашу дружбу.
– Я люблю печь, но у меня получается не очень хорошо, – рассказываю я.
Карен смеется.
– Я могу тебя научить, – говорит она.
В ее карих глазах светится такая надежда, что я киваю.
– Это было бы здорово.
У меня не хватает духу отказать. Понятно, что она прилагает все усилия, чтобы со мной познакомиться поближе.
Она считает меня девушкой Хардина, и я не хочу ее разубеждать. Хардин тоже ничего не говорит по этому поводу, что дает мне некоторую призрачную надежду. Мне хочется, чтобы так было всю жизнь: заниматься любовью с Хардином и беседовать с его отцом и будущей мачехой. Последний час Хардин очень спокоен, нежно поглаживает пальцами мою ладонь, заставляя меня внутренне трепетать. За окном все так же воет ветер и не стихает ливень.
