– Так? – спрашиваю я, и Хардин кивает, тяжело дыша.
– Теперь… просто обхвати его ртом. Не весь, конечно, ты не сможешь… просто захвати, сколько получится.
Делаю глубокий вдох и наклоняюсь. Открыв рот, я обхватываю его губами наполовину. Хардин кряхтит, и его руки опускаются мне на плечи. Слегка сжимаю губы, чувствуя что-то соленое. Он уже кончает? Вкус пропадает, и я двигаю головой вверх-вниз. Инстинкт, о котором я и не подозревала, подсказывает мне двигать языком вдоль его плоти.
– Твою мать. Да, вот так, – стонет Хардин, и я продолжаю.
Он держит меня крепче, бедра покачиваются вверх, навстречу моему рту. Я заставляю себя обхватить глубже, погружаю член в себя почти полностью и смотрю на Хардина. Он лежит с закрытыми глазами, словно в экстазе. Под татуированной кожей ходят мышцы, ребра медленно поднимаются и опускаются. Я сосредотачиваюсь на минете, двигаясь немного быстрее.
– Возьмись… другой рукой, – задыхаясь, командует он.
Я подчиняюсь. Двигая рукой у основания его члена, я облизываю губами головку.
Я прижимаю его к щеке, и он опять стонет.
– Черт… охренеть, Тесса. Я… я так близко, – говорит он, напрягаясь. – Если ты не хочешь в рот, то… ты… можешь остановиться.
Я смотрю на него, продолжая держать член во рту. Мне нравится, как он теряет из-за меня контроль.
– О, черт… продолжай смотреть… на меня.
Он смотрит на меня и напрягается. Я хлопаю ресницами и, кажется, этим усиливаю эффект. Хардин страстно безостановочно повторяет мое имя; я чувствую небольшой рывок – и теплая соленая жидкость выстреливает мне в горло короткими всплесками.
Я сглатываю и отодвигаюсь. Это не так уж противно, как я думала, но определенно невкусно. Его руки перемещаются от моих плеч к щекам.
Он кажется совершенно ошеломленным и запыхавшимся.
– Ну как… это было?
Я поднимаюсь с колен и сажусь рядом на кровать. Он обнимает меня, кладя голову мне на плечо.
– Думаю, это было хорошо, – говорю я, и он смеется.
– Хорошо?
– Кажется, это было забавно. Увидеть тебя таким. И это не так уж плохо, как я думала, – признаюсь я.
Я слишком смущена, чтобы признаться, что мне понравилось.
– А как тебе? – с беспокойством спрашиваю я.
– Я был приятно удивлен: ты делаешь это лучше, чем кто бы то ни было.
Я краснею.
– Разумеется, – смеюсь я, оценив его попытку помочь мне не комплексовать от своей неопытности.
– Нет, в самом деле. То, что ты такая… невинная и делаешь это мне. И, черт, когда ты на меня посмотрела…
– Ладно-ладно! – перебиваю я его, маша руками.
