Спокойно подошла к столу, села, а потом, не повышая голоса, сказала:
- Я могла бы не приезжать сегодня.
- Да что ты?! - Захар зло усмехнулся. – Должен тебя предупредить, что любое распространение информации, касающейся моей личной жизни и состояния финансов и способное нанести урон деловой репутации…
Она перебила. Вскинула брови и проговорила негромко:"
"- Захар, твоя личная жизнь растиражирована по всем каналам. И уж поверь, пользователи соцсетей давно уже проинформированы о финансовых возможностях семьи Проничевых.
С картинками и в реальном времени.
- Это другое! – прорычал он. – Я не позволю, чтобы ты сливала информацию конкуренту!
Его просто прорвало. Говорил и видел, что ее не пробивает ничего. Она выслушала молча, а потом сказала:
- Что именно я могу разгласить? Что когда-то была твоей женой? Именно это ты хочешь засекретить? Хорошо, я не против. Но у меня встречное условие. Нераспространение с твоей стороны любых сведений обо мне. Мы подписываем, и на этом все.
***
Почему у него потом было отвратное состояние, как будто она его выпотрошила?! Выпотрошила, бл***, и залила кислотой!
Ведь он был прав во всем.
И хотел на самом деле не этого.
Но было уже не важно, соглашение было подписано, он получил, что хотел.
***
Иногда свободу приходится выгрызать по кусочкам. Ведь живя с человеком почти тридцать лет бок о бок, поневоле прорастаешь в него синапсами. Становишься с ним «единой плотью». Это как сквозь тернии к звездам. Оставляя каждый раз на этих терниях оторванные куски этой самой «плоти».
И всегда с кровью. До тех пор, пока не останется только «твое».
Выйдя из офиса бывшего мужа, Ната села в такси и уехала, ни разу даже не обернувшись, чтобы взглянуть на окна. Какой смысл? Оглядываться нельзя, там уже ничего нет. Только вперед.
Вперед - в данный конкретный момент означало на работу.
А там – да. Конфиденциальность.
Она мрачно усмехнулась про себя и подумала, - знал бы ты. Но Захар никогда не интересовался, чем она занята в своем архиве, и как вообще за стенами закрытого НИИ проходит жизнь.
Для него это была всего лишь ее придурь.
Пусть, это уже в прошлом.
Сейчас она позвонила Глебу.
- Ты извини, что беспокою рано.
- Да ничего, - голос у того был бодрый.
- Я вчера не предупредила, но тебя просто так к нам не пропустят. Нужно брать допуск…
- Это я уже понял, - проговорил он.
Наталья неожиданно успокоилась и выдохнула:
- Хорошо.
На работу Наталья пришла вовремя, опоздала только чуть-чуть.
