В тот момент Наталье вспомнилось:"
"«Ты вообще имеешь представление, что такое мир художников? Они же все пьянь и наркоманы. Успешных – ноль целых, одна десятая процента, остальные – просто отбросы, побирающиеся случайными подачками. Хочешь пополнить их ряды?»
Презрение и злость, с которыми Захар выплевывал ей это в лицо. Месяца не прошло.
И это было даже не обидно, нет.
Просто, с ней он никогда не ходил в театры или на выставки. А тут и время нашлось, и желание приобщиться к искусству. Дело, значит, было не живописи, а в ней.
Это ее он так презирал и ненавидел.
Черт… Стало вдруг смешно. И как всегда, вовремя включился здоровый цинизм. Хорошо, что они развелись. Зато теперь рядом с ним правильная женщина.
Еще на пару секунд Ната смотрела в тот конец зала, потом отвернулась и проговорила:
- Это Захар Проничев. Довольно крупный бизнесмен, Ксения Иварцева его невеста.
- Вот как, - Глеб прищурился и взглянул на нее искоса. - Понятно. Слышал о таком.
И уже другим тоном поинтересовался, снова переведя на нее взгляд:
- Так вы здесь по делу?
В глазах опять искорки и промелькнуло какое-то странное выражение.
- По делу, да, - Наталья улыбнулась. – Но мне уже пора возвращаться на работу. Я отпросилась ненадолго.
Ей даже придумывать ничего не пришлось. Во-первых, это была правда, а во-вторых, оставаться тут уже не хотелось.
- Не возражаете, если я подвезу вас? – неожиданно предложил Глеб, становясь так, что практически отгородил ее спиной. - Все, что меня тут интересовало, я уже увидел.
Ну так что, едем?
- Ну… - Наталья скользнула взглядом по залу и кивнула. – Едем.
Может быть, нужно было попрощаться с Прохором, но тот был занят, и Ната решила – ничего страшного, если она исчезнет незаметно.
***
С того момента, как столкнулся здесь с Натальей, раздражение только нарастало. Захар слушал, что говорили вокруг него, и даже временами участвовал в разговоре. Но не мог отделаться от ощущения, что его бывшая торчит где-то здесь. Что она может здесь делать?! Старпер с палочкой раздражал его еще больше.
Но он принципиально не оборачивался и смотрел туда, а скользил хмурым взглядом по вывешенным на стене картинам. То, что он видел, ему не нравилось. Работы Миньковского были красивы, но казались ему мертвыми. Как фото на памятник.
Разговоры достали, Захар готов был уйти хоть сейчас.
Шумно выдохнул и все-таки обернулся.
Бывшей жены в зале не было.
С досадой осознав, что не видит Наталью в зале, Захар еще больше разозлился.
