И, признаюсь, я даже рада, что он не стал меня обманывать в этой непростой ситуации, и был честен.
Я хоть увидела его настоящим.
Разъяренным, отчаянным и… слабым.
Я ведь не знала его таким. Он всегда был для меня стеной, а теперь стал человеком, и с этим знание я сама пережила метаморфозу.
Не такая уж и малахольная, как сказала моя мама. Вон как мужики меня шугаются, а я всего-то с ними веду честные разговоры.
В сумочке вибрирует телефон.
Пьяно зеваю и расстегиваю замок.
Сообщение от Вари. Тру нос и касаюсь экрана.
Наверное, желает спокойной ночи, но я не права.
Замираю и не мигая смотрю на фотографию, а на ней…
Сердце учащает бег и подскакивает к глотке.
На ней запечатлен Рома, который задремал на диване, а на его груди спит хрупкая крошка в памперсе и с красными пятнами на спинке, ручках и щеках.
У дивана валяется пустая бутылочка, погремушки и пачка влажных салфеток.
Мне кажется, что сейчас даже мир застывает стоп-кадром, а машина такси зависает где-то вне пространства и времени, но меня рывком в реальность возвращает короткая вибрация, что обжигает руку до костей.
Варюша: Ой, не тебе, мам. Извини. Это Васе."
"Фотография Романа и Ивы исчезает, будто ее и не было.
Но я ее видела.
И она отпечаталась в моем мозгу четкой картинкой.
Глава 47. Мы - бывшие
— Босс, — шепот Васи и стук в дверь.
Откладываю в сторону договора о новой партии кондиционеров на кирпичный завод в Рязани и сжимаю переносицу.
Кошу взгляд на люльку. Ива спит, посасывая большой палец.
Красное пятно сыпи на тыльной стороне ладошке стал поменьше.
— Босс… — вздыхает Вася и спрашивает самого себя, — заснул опять, наверное.
— Нет, — откидываюсь на спинку кресла. — Заходи.
— Вот блин, — в его голосе проскальзывает обреченность жертвы, которую приготовили к жертвоприношению.
Я вскидываю бровь.
Вася надеялся и верил, что сплю?
Принес плохие новости?
Дверь бесшумно открывается, и Вася несколько секунд медлит на пороге. Я вскидываю бровь выше.
Он ведет себя как мальчишка, который нашкодил в школе, получил двойку и довел учительницу до нервного срыва, а теперь должен во всем это признаться строгому отцу.
Он вздыхает, проходит и садится в кресло перед моим столом.
Молчит и сжимает в руке смартфон.
— Вась, елки-палки, что случилось? — шепотом спрашиваю. — Не тяни кота за яйца.
— Мне тут… фотографии прислали, — Вася отводит взгляд в сторону. — Еще пару часов назад.
Теперь смотрит на потолок.
