После развода. Вернуть жену

 — Я останусь с ней.

Я же смотрю на тень, оставшуюся от моей малышки, и понимаю, что не могу уйти. Мы останемся оба. По крайней мере, пока не узнаем, когда привезут новый препарат и как его примет организм Сони.

ДемидИз-за непрерывного курса химиотерапии Соню постоянно тошнит, она сильно потеряла в весе, но врач говорит, что все идет отлично. Настраивается на успех и подбадривает нас. Я не могу и думать о том, чтобы оставлять ее хоть на одну ночь, но Эля настаивает, что тоже имеет право быть рядом, и, хотя мне хочется сказать, что никаких прав у нее нет, я не могу быть эгоистом.

Соня нуждается в ней, поэтому я мирюсь. Мы оба практически перестали появляться в квартире, но оставаться на ночь в клинике разрешают только одному родителю, хотя я и предлагал заплатить за такие неудобства, но мне жестко отказали, заявив, что правила нельзя нарушать ни для кого.

Теперь мы с Элей все свои дни проводим у постели дочери. Она утверждает, что нужно верить врачам, раз они сказали, что так и должно быть, но меня не покидает мысль, что моя девочка умирает.

Слишком плохо она выглядит, того и гляди, последние силы закончатся. Мечусь, как тигр в клетке, срываясь на всех, а уж когда удосуживаюсь зарядить свой телефон и вижу сообщение от Лоры, что та едет ко мне, отправленное пару дней назад, понимаю, что дело дрянь. Только ее не хватало на мою голову!

Выхожу в коридор, набирая ее номер, но он недоступен. Сажусь и чертыхаюсь, схватившись за голову. У меня не хватит нервов выслушивать претензии и упреки Ларисы, а они обязательно будут, потому что я игнорировал ее звонки в последние дни.

Давно пришла пора ее бросить. Она слишком надоедливая, да и с Соней не особо ладит. Зачем терпеть ее заскоки, если я ее даже не люблю, спрашивается?

Даже Эля, а я о ней не лучшего мнения, ведет себя как настоящая заботливая мать с Соней, в то время как ее родная тетя не может даже найти с ней общий язык. Я не понимаю одного: почему Лора так цепляется за меня, когда очевидно, что я не очень-то заинтересован.

Не отметаю мысль, что она действительно в меня влюбилась, вот только это меня совсем не трогает. Я использовал ее, чтобы доказать самому себе, что могу построить отношения с другой женщиной, забыв об Эле.

Вот только ни хрена я о ней не забыл!

Все еще ищу утешение и силу в ней. Не специально, конечно. Потом, вспоминая, как тянулся к Эле, я испытываю досаду и стыд, но мое отчаяние при виде Сони набирает новые обороты.