После ссоры

– Может, позвонить ему и сказать о своем решении? – говорю я.

Триш наклоняет голову набок и ухмыляется.

– Пусть немного поволнуется.

Мне не нравится мысль о продолжении его мучений, но ему действительно надо подумать обо всем, что он сделал.

– Да, наверное…

– Думаю, он должен понять, каковы последствия таких отвратительных поступков. – Подмигнув мне, она добавляет: – Давай я приготовлю нам поесть, а потом ты сможешь прервать муки Хардина. Что скажешь?

Ее улыбки и советы помогают мне справиться с размышлениями о прошлом Хардина, которые сбивают меня с толку.

– Что бы тебе хотелось поесть?

– Что угодно. Я вам помогу, – предлагаю я, но она качает головой.

– Просто расслабься и отдохни. У тебя был долгий день: вся эта история с Хардином и… твоя мама.

Я закатываю глаза.

– Да… она сложный человек.

Триш улыбается и открывает холодильник.

– «Сложный»? Я хотела сказать кое-что другое, но она все же твоя мать…

– Именно то слово на букву «с», – говорю я, чтобы не ругаться при ней.

– О да, она настоящая сука. Я скажу это вместо тебя.

Она смеется и заражает меня своим смехом.

Триш готовит тако с курицей, и мы болтаем о Рождестве, погоде и обо всем другом, кроме того, что волнует меня больше всего, – Хардина.

Наконец, чувствую, что это меня просто убивает: я должна позвонить ему и сказать, чтобы он возвращался домой.

– Думаете, он достаточно «поволновался»? – спрашиваю я, не желая признаваться, что считаю минуты до возможности набрать его номер.

– Нет, но решать-то не мне, – отвечает его мама.

– Я должна это сделать.

Выхожу из кухни, чтобы позвонить Хардину. Он отвечает с явным удивлением:

– Тесса?

– Хардин, нам все еще надо многое обсудить, но я бы хотела, чтобы ты вернулся домой, и тогда мы сможем поговорить.

– Уже? В смысле, да-да, конечно! – быстро выговаривает он.

"– Хорошо, – отвечаю я и нажимаю отбой.

До его возвращения у меня остается не так много времени, чтобы привести мысли в порядок. Я должна стоять на своем и убедиться, что он признает свои ошибки, но при этом понимает, что я все равно люблю его.

В ожидании хожу туда-сюда по комнате, касаясь босыми ногами холодного пола. Спустя, кажется, целый час открывается входная дверь, и я слышу, как Хардин идет через небольшую прихожую.