После тебя только пепел

Медленно возвращаю кружку на стол, чтобы не швырнуть ее в стену. Сердцебиение ускоряется, напряжение ощущается покалыванием на коже.

Слава предложил? Одной большой семьей мы должны были стать? Ну конечно, как бы не так! Он еще и нажился на смерти моих родителей. Получил большой дом, мать поселил в конуре, чтобы не мешалась, а племянницу определил как девочку для битья. Какой молодец!

Ненависть жжет виски. И если раньше эти чувства тихонько жили во мне, то сейчас они взрывают мозг, заставляя его усердно работать.

Значит, у меня был дом. Был шанс на нормальное детство, если бы этот старый урод не запудрил всем мозги, рассказывая о дружной семье и благополучии детей.

– Бабуль, – нежно произношу я, растягивая губы в улыбке, – мне нужно идти. Спасибо, что приютила.

– А как же блинчики?! Алена, ты даже не надкусила!

– В другой раз. Но тете Томе скажи, что я съела все. Хорошо? – заговорщически ей подмигиваю.

Бабушка часто моргает, не понимая, что происходит. Я и сама не очень понимаю, но решимость и желание покончить с этим прибавляют сил.

Встаю и обхожу стол, чтобы обнять на прощание любимую старушку. Не могу злиться на нее, она не основная фигура, такая же пешка, как и я. Эту партию разыграл ферзь, и теперь ему стоит приготовиться, потому что одна из пешек устала играть и покинула поле, а ее место… займет королева.

Выхожу из комнаты сестры, тихо закрывая за собой дверь, чтобы ее не разбудить. Это был самый долгий наш разговор за последние лет пять, Алле нужно отдохнуть.

Возвращаюсь на кухню, мама сидит в той же позе, в какой я ее и оставил. Она подбирается, ощутив мое присутствие, и я спешу сообщить новость:

Мама судорожно втягивает воздух через нос и поворачивается ко мне:

– Что?! Но… как? Как тебе удалось ее уговорить, Дань?

Очень бы хотелось сказать, что я действительно гений, который придумал, как убедить смертельно больного человека еще побороться за свою жизнь, но моей заслуги здесь нет. Мы с Алкой точно родственники, даже тест не нужен.

Еще никто меня так не разматывал на нитки, как она, всего лишь парой фраз. И как бы там ни было, все, что я делал, привело сюда. В эту самую точку. И все сработало, пусть и не так, как я того желал. Алла чувствует на себе ответственность, вновь верит, что нужна нам. И это чистая правда.

После проповеди сестры я, наверное, должен раскаяться, но… Дьявол! В отличие от всех вокруг я хотя бы пытался изменить этот гребаный мир.