После заката

А не мешало бы — ни к чему завтра сидеть за рулем сонной мухой.

Марина пробормотала во сне что-то неразборчивое, сняла руку с его плеча, перевернулась на другой бок, свернувшись калачиком, — и выглядела сейчас маленькой, трогательной и беззащитной. Кириллу захотелось ее поцеловать — с благодарностью. Сдержался — разбудит, чего доброго. А разбуженная до срока Марина, ох… Не стоит о грустном. По крайней мере, трогательной и беззащитной тут же перестает казаться.

Кирилл постарался полностью отключить мозг, не думать вообще ни о чем, — куда лучший способ заснуть, чем мысленный подсчет прыгающих через загородку овец…

Отвлекали звуки, издаваемые старым домом.

Скрип… Тихий скрип половицы — точь-в-точь как под чьей-то осторожной ногой… Снова скрип, чуть в стороне — неведомый кто-то постоял, вслушиваясь — и сделал второй шаг. Потом еще один, и еще…

Физика процесса ясна и понятна — старое дерево нагрелось за день, а сейчас остывает, поскрипывая. Но отчего же так гнетут эти ночные звуки?..

Затем к поскрипыванию добавилось тихое-тихое шуршание… Мышь? Наверное… Надо будет купить пару мышеловок и какой-нибудь отравы, мало приятного в таком соседстве…

Шуршание смолкло и больше не возобновлялось.

Что-то связанное с влагой, одна из составляющих звука — не то еле слышное журчание, не то побулькивание… Мышка описалась? — попытался он мысленно пошутить. Получилось не смешно.

Что же там, черт возьми, такое?

Наконец он понял. И облегченно вздохнул. Труба! Конечно же, фановая труба, ведущая от стока раковины к сливной яме. Марина после готовки наверняка не плотно завернула кран, водится за ней такой грешок в городской квартире. Тонюсенькая струйка падает в сток практически бесшумно. Но на внутренних стенках фановых труб вечно хватает всякой налипшей гадости, — и, преодолевая эти препятствия, вода издает еле слышные звуки.

Надо бы встать и затянуть кран… Сольется бак — придется с утра первым делом осваивать процесс его накачивания.

Вставать не хотелось, Кирилл буквально заставил себя… Постоял, всматриваясь в серой полумгле, где расположены предметы меблировки — надо пройти на кухню бесшумно, ни на что не натолкнувшись… Просчитал оптимальную траекторию, двинулся…

Внезапно там, в кухне-столовой, затикали настенные часы. Еле слышимое днем «тик-так» показалось громовым набатом.

Он застыл на самом пороге.