Последнее японское предупреждение

И мне это удалось – я сняла клинок в мельчайших подробностях, и табличку под ним, и панораму. Прекрасно! Останется напечатать фотографии, чтобы с ними было удобнее работать – и все. Кроме того, у меня вдруг появилась идея полететь в Москву и разыскать полировщика, о котором говорил Акела. Найти и показать фотографии. Если он такой великолепный мастер, то наверняка вспомнит клинок, с которым работал. Если, конечно, это было.

Кроме того, я потрогала пальцем стекло, за которым висел клинок, и обнаружила, что нет никакой сигнализации, а стекло легко отодвигается.

Значит, чисто технически подменить клинок вполне можно – если действовать, скажем, вдвоем. Никаких камер слежения в этом зале я не увидела, следовательно, один отвлекает бабульку, второй меняет клинок. Даже если предположить, что кто-то спугнул – потом реально вернуться и доделать работу. Эксперимента ради я отодвинула стекло в сторону почти полностью, и это не произвело никакого впечатления на бабулю у окна. В общем, все ясно. Можно идти к своим.

Мысль о поездке в Москву прочно засела в моей голове. Но взять и улететь с бухты-барахты было нельзя, а подходящий повод не придумывался. Я перебирала все варианты, но ни один не годился. Похоже, повода я не найду…

И вдруг спаситель явился в образе моего заведующего кафедрой. Он вызвал меня к себе и начал издалека – мол, надо бы мне начинать собирать материал для докторской, хоть я пока и не намеревалась ее писать, но время ведь идет, я дозрею, а тема уже есть, и материал собран.

Я ничего не понимала – действительно, о докторской пока речи не было, какой материал, какая тема… Все оказалось проще. В одном из московских мединститутов должен был читать лекции известный профессор-анатом из Англии, и заведующий решил отправить меня туда. Что ж… Отказываться я не стала, хотя лицо сделала соответствующее – мол, меня, семейную, не очень здоровую, отправлять в столицу… никакой гуманности… Заведующий истолковал это по-своему и пообещал сразу по приезде три дня отгулов. Это меня тоже устраивало. Но главное, конечно, в том, что я имею официальный повод уехать на три дня в Москву, не вызвав никаких подозрений у родственников. Отлично.

В Москве оказалось удивительно тепло, и я обрадовалась, что не послушала Галю и не полетела в пальто, а взяла с собой плащ и туфли, надев в дорогу джинсы и кожаную куртку.